В 1820 г.:
родился Сергей Михайлович Соловьев (ум. 1879), создатель "Истории России с древнейших времен".

В 1846 г.:
родился Генрик Сенкевич (ум. 1916), польский писатель, лауреат Нобелевской премии, автор исторических романов "Крестоносцы", "Потоп", "Пан Володыевский", "Огнем и мечом".

В 1915 г.:
родился Евгений Аронович Долматовский (ум. 1994), русский поэт, автор текстов популярных песен.

Сергей Михайлович Соловьев



историк, один из основателей государственной школы в русской историографии. Родился в семье протоиерея, учителя Слова Божьего, преподававшего в Московском коммерческом училище. Восьми лет отроду мальчик был отдан в духовное училище, но учился неохотно, просиживая все время над книгами, далекими от училишной программы, и плохо отвечал на экзаменах. Наконец, отец решил перевести его в 1-ю Московскую гимназию, но и здесь в силу беспорядочной подготовки его едва смогли принять в третий класс. Однако, начиная с четвертого класса, Соловьев постоянно пребывает в числе первых учеников и оканчивает гимназию с серебряной медалью в 1838 г.

Осенью того же года юный Соловьев стал студентом историко-филологического отделения философского факультета Московского университета. В это время здесь вели преподавание такие известные профессора, как Т.Н.Грановский, М.Т.Каченовский, М.П.Погодин, С.П.Шевырев. Окунувшись в студенческую жизнь, Соловьев усердно конспектировал лекции и жадно читал все, что попадалось ему из исторических сочинений. Большое впечатление произвела на него гегелевская “Философия истории”.

Выделяясь в студенческой среде особым прилежанием и начитанностью, Соловьев отнюдь не сторонился общества сверстников и посещал кружок молодого А.А.Григорьева, где общался с А.А.Фетом, Я.П.Полонским, Н.М.Орловым (сыном декабриста) и К.Д.Кавелиным. Выбрав своей специальностью русскую историю, Соловьев стал работать под руководством М.П.Погодина. Маститый профессор вскоре увидел в молодом студенте большие научные способности, разрешил ему пользоваться своей богатой библиотекой и собранием древних рукописей, представил его университетскому начальству как своего лучшего ученика. Но за успехами Соловьева внимательно следил сам попечитель – граф С.Г.Строганов, который, не имея формального права отправить за границу исследователя, специализирующегося по русской истории, рекомендовал его по окончании университета в 1842 г. в качестве домашнего учителя своему брату, А.Г.Строганову, семья которого собралась в длительную поездку за рубеж.

В 1842-1844 гг. Соловьев слушал лекции выдающихся ученых Берлина, Парижа и Гейдельберга, посещал торжественные заседания Французской академии. Вернувшись в Москву, приступил к сдаче магистерских экзаменов. В 1845 г. в издательстве Московского университета вышла книга Соловьева “Об отношениях Новгорода к великим князьям”, которая была защищена им как магистерская диссертация. В том же году был утвержден экстраординарным профессором. В 1846 г. им была закончена рукопись докторской диссертации на тему “История отношений между русскими князьями Рюрикова дома”, опубликованная и успешно защищенная в 1847 г. Вследствие этой защиты Соловьев в 1850 г. получает должность ординарного профессора Московского университета.

В 1851 г. вышел первый том его труда под названием “История России с древнейших времен, принесшего историку в дальнейшем всероссийскую и европейскую известность. Всего им было написано 29 томов (каждый год выходило по одному тому), охватывавших историю Отечества до правления Екатерины II (до 1774 г.). Последний, 29-й том, вышел посмертно в 1879 г. Как историку, Соловьеву свойственна, с одной стороны, глубина источникового анализа и тщательной разработки материала (так, например, он первым для характеристики эпохи использовал дипломатическую корресподенцию), с другой стороны, концептуальная ясность изложения, основанная на выработанном гегелевской философией представлении об исторических закономерностях, этапах, сменяющихся в определенной последовательности, в жизни каждого народа. “История России” – не только наиболее яркий памятник государственной школы, но и одна их вершин исторической мысли западников, и это непосредственным образом отразилось в характеристики личности Петра I, занимающей одно из центральных мест в историческом творчестве Соловьева (ср. “Публичные чтения о Петре Великом” (1871)).

С 1864 г. Соловьев избран членом-корреспондентом по разряду историко-политических наук историко-филологического отделения, а с 1872 г. – ординарным академиком по Отделению русского языка и словесности (русская история) Петербургской академии наук.

Ученый пользовался авторитетом в царской семье: он занимался историей с цесаревичами Николаем и Александром Александровичами, читал лекции великому князю Сергею Александровичу.

Помимо большой научной и педагогической работы (в 1870 г. он утверждается в звании заслуженного профессора), тщательно продуманных лекций размышлений, ученый много времени посвятил организаторской деятельности. С 1855 г. по 1869 г. он был деканом историко-филологического факультета, а затем избирается ректором Московского университета и получает чин тайного советника.

За время своего ректорства Соловьеву удалось провести в жизнь ряд крупных научно-организационных и культурных проектов в Московском университете. Среди них – открытие в 1872 г. при университете первых в России высших женских курсов, организатором и директором которых стал коллега Соловьева, профессор всеобщей истории В.И.Герье, разделение историко-филологического факультета на отделения классической филологии, славянской филологии и исторических наук, что повысило уровень подготовки специалистов в указанных областях. С 1874 г. на историко-филологическом факультете стали проводиться “семинарии” по истории всеобщей литературы под руководством Н.И.Стороженко. В 1875 г. в университете прошел I съезд русских юристов.

Большого мужества требовала от ректора его твердая позиция в связи с работой правительственной комиссии во главе с графом И.Д.Деляновым по пересмотру университетского устава, вызвавшей резко отрицательную оценку университетской корпорации. Особенно возмущены были профессора и студенты нападками члена комиссии проф. Н.А.Любимова на университетскую автономию. В сложившейся ситуации Соловьев, не желая быть орудием в руках реакционного правительства, предпочел уйти в отставку.

В последние годы жизни Соловьев был председателем Общества истории и древностей Российских при Московском университете, а также директором Оружейной палаты, некоторое время продолжал читать лекции как сторонний преподаватель, но вскоре тяжело заболел. Умер на 60-м году жизни и похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве. Ценное книжное собрание ученого по русской и всеобщей истории после его смерти было передано в библиотеку Московского университета. В семье Соловьева было двенадцать детей (четверо умерли в раннем возрасте), из которых наиболее знаменит Владимир Сергеевич – русский религиозный философ, поэт, публицист и критик. Известными также стали сыновья Михаил (историк) и Всеволод (автор исторических романов), дочь Поликсена (поэтесса и писательница).

В 1817 г.:
родился Николай Иванович Костомаров (ум. 1885), русский и украинский историк, этнограф и писатель, один из руководителей Кирилло-Мефодиевского общества, автор "Русской истории в жизнеописаниях ее главнейших деятелей" в 3-х тт. (1888).

В 1843 г.:
родился Федор Евгеньевич Корш (ум. 1915), русский филолог, специалист в области истории русского языка, славяноведения, античной филологии, диалектологии. Корш много сделал для разработки теории поэтического перевода. Его основными трудами являются такие, как "Дальнейшие наблюдения над русским произношением" (1878), "О русском правописании" (1902), "Введение в науку о славянском стихосложении" и др.

Берггольц Ольга Федоровна (1910–1975), русская поэтесса. Родилась 3 (16) мая 1910 в Санкт-Петербурге, на старой питерской окраине – Невской заставе, в семье заводского врача. В 1930 окончила филологический факультет Ленинградского университета. Литературный дебют Берггольц (лирические стихи, в т.ч. первые сборники Стихотворения 1934 года и Книга песен 1936 года, с воодушевлением и искренностью рассказывающие о «республике, работе и любви», счастливой комсомольской семье, и рассказы для детей и юношества – сб. Как Ваня поссорился с баранами, повесть Углич и др.) с одобрением встретили С.Я.Маршак, К.И.Чуковский, А.А.Ахматова.

В 1938 погиб первый муж Берггольц, известный комсомольский поэт Б.П.Корнилов, репрессированный по ложному обвинению; саму ее заключают в тюрьму, где она находилась с декабря 1938 по июнь 1939. Пережитое отразилось в стихах конца 1930-х годов, большинство которых опубликовано в сб. Узел (в т.ч. «Не может быть, чтоб жили мы напрасно!..»), а наиболее острое, посвященное тем, кто «обманулся... любя» свою страну и декларированные ею идеалы, – «Нет, не из книжек наших скудных» 1939 года – вышло в свет только в 1987.

В годы Великой Отечественной войны Берггольц, оставаясь в родном городе все 900 дней блокады, работала на Ленинградском радио (выступления вошли в книгу «Говорит Ленинград» 1946 года, 1-е издание которой было изъято в связи с «ленинградским делом» после разгрома журналов «Звезда» и «Ленинград»). Часто, обессиленная от голода, ночевала в студии, но никогда не теряла силы духа, поддерживая свои обращения к ленинградцам доверительными и мужественными стихами («Письма на Каму», «Разговор с соседкой», поэмы «Февральский дневник», «Ленинградская поэма», обе 1942 года; «Памяти защитников» 1944 года, «Твой путь» 1945года; сборники «Ленинградская тетрадь» 1942 года, «Ленинград» 1944 года, в которых картины блокадного города соседствуют с раздумьями о героизме, верности и любви, побеждающими страдания и смерть).

Среди других, уже послевоенных, произведений Ольги Берггольц – героико-романтическая поэма «Первороссийск», за которую ей была присуждена Государственная премия СССР в 1951 году, посвященную петроградским рабочим, в 1918 отправившимся на Алтай для создания там коммуны. Книга лирически-исповедальной прозы «Дневные звезды», начатая в 1959, так и не была завершена. Цикл стихов о Сталинграде (1952), трагедия «Верность» (1954) – о днях обороны Севастополя в 1941–1942.

Строки О.Берггольц высечены на гранитной стеле Пискаревского мемориального кладбища: «Никто не забыт и ничто не забыто».

Умерла Берггольц в Ленинграде 13 ноября 1975.

Александр Николаевич Бенуа - сын Николая Леонтьевича Бенуа, академика и архитектора, и музыкантши Камиллы Альбертовны (урожденной Кавос) - родился 3 мая 1870 года. По рождению и воспитанию Бенуа принадлежал к петербургской художественной интеллигенции. В течение ряда поколений искусство являлось наследственной профессией в его семье. Прадед Бенуа по материнской линии К. А. Кавос был композитором и дирижером, дед - архитектором, много строившим в Петербурге и Москве; отец художника также был крупным архитектором, старший брат пользовался известностью как живописец-акварелист. Сознание юного Бенуа развивалось в атмосфере впечатлений искусства и художественных интересов.

Впоследствии, вспоминая о своем детстве художник особенно настойчиво подчеркивал две духовные струи, две категории переживаний, могущественно повлиявшие на формирование его взглядов и в известном смысле определившие направление всей его дальнейшей деятельности.

Первая и наиболее сильная из них связана с театральными впечатлениями. С самых ранних лет и в течение всей своей жизни Бенуа испытывал чувство, которое трудно назвать иначе, как культом театра. Понятие "художественности" неизменно ассоциировалось у Бенуа с понятием "театральности"; именно в искусстве театра он видел единственную возможность создать в современных условиях творческий синтез живописи, архитектуры, музыки, пластики и поэзии, осуществить то органическое слияние искусств, которое представлялось ему высшей целью художественной культуры.

Вторая категория отроческих переживаний, наложивших неизгладимый отпечаток на эстетические воззрения Бенуа, возникла из впечатлений от загородных резиденций и петербургских пригородов - Павловска, старинной дачи Кушелева-Безбородко на правом берегу Невы и прежде всего от Петергофа и его многочисленных памятников искусства. "От этих... петергофских впечатлений.., вероятно, и произошел весь мой дальнейший культ Петергофа, Царского Села, Версаля",- вспоминал впоследствии художник.

Решение стать художником созрело у него очень рано; но после недолгого пребывания в Академии художеств принесшего только разочарование, Бенуа предпочел получить юридическое образование в Петербургском университете (1890-94), а профессиональную художественную подготовку пройти самостоятельно, по своей собственной программе.

Самостоятельные занятия живописью (главным образом акварельной) не прошли даром, и в 1893 году Бенуа впервые выступил как пейзажист на выставке русского "Общества акварелистов".

Годом позже он дебютировал как искусствовед, напечатав на немецком языке очерк о русском искусстве в книге Мутера "История живописи в XIX веке", издававшейся в Мюнхене. (Русские переводы очерка Бенуа были опубликованы в том же году в журналах "Артист" и "Русский художественный архив".) О нем сразу заговорили как о талантливом искусствоведе.

В 1895-99 гг. Александр Бенуа был хранителем коллекции современной европейской и русской живописи и графики княгини М. К. Тенишевой; в 1896 году организовал небольшой русский отдел для выставки Сецессиона в Мюнхене; в этом же году совершил свою первую поездку в Париж; писал виды Версаля, положив начало своим сериям на версальские темы, столь любимые им в течение всей жизни.

В гимназические и университетские годы Александр Бенуа познакомился и сблизился с Дмитрием Философовым, Вальтером Нувелем и Константином Сомовым, позже - с Сергеем Дягилевым, Леоном Бакстом, Альфредом Нуроком. Кружок единомышленников преобразовался в конце 1890-х в общество "Мир искусства" и редакцию одноименного журнала.

В творчестве Бенуа-художника решительно преобладала история. Две темы неизменно пользовались его вниманием: "Петербург XVIII - начала XIX в." и "Франция Людовика XIV". К ним он обращался в первую очередь в своих исторических композициях - в двух "версальских сериях" (1897, 1905-06), в широко известных картинах "Парад при Павле I" (1907), "Выход Екатерины II в Царскосельском дворце" (1907) и др., воспроизводя давно ушедшую жизнь с глубоким знанием и тонким ощущением стиля. Тем же темам, в сущности, были посвящены и его многочисленные натурные пейзажи, которые он обычно исполнял то в Петербурге и его пригородах, то в Версале (Бенуа регулярно ездил во Францию и подолгу жил там). В историю русской книжной графики художник вошел своей книжкой "Азбука в картинах Александра Бенуа" (1905) и иллюстрациями к "Пиковой даме" А. С. Пушкина, исполненными в двух вариантах (1899, 1910), а также замечательными иллюстрациями к "Медному всаднику", трем вариантам которых посвятил почти двадцать лет труда (1903-22).

В эти же годы принимает участие в оформлении "Русских сезонов", организованных Дягилевым С.П. в Париже, которые включали в свою программу не только оперные и балетные постановки, но и симфонические концерты. Бенуа оформил оперу Р. Вагнера "Гибель богов" на сцене Мариинского театра и вслед за тем исполнил эскизы декораций к балету Н. Н. Черепнина "Павильон Армиды" (1903), либретто которого сочинил сам. Увлечение балетом оказалось настолько сильным, что по инициативе Бенуа и при его непосредственном участии была организована частная балетная труппа, начавшая в 1909 г. триумфальные выступления в Париже - "Русские сезоны".

После революции 1917 г. Бенуа принимал деятельное участие в работе всевозможных организаций, связанных главным образом с охраной памятников искусства и старины, а с 1918 г. занялся еще и музейным делом - стал заведовать Картинной галереей Эрмитажа. Им был разработан и успешно реализован совершенно новый план общей, экспозиции музея, способствовавший наиболее выразительной демонстрации каждого произведения.

С 1926 Александр Николаевич Бенуа жил в Париже, где и скончался. (1870-9.2.1960)

Несмотря на то, что переписывание книг к концу XV в. превратилось в настоящее мануфактурное производство, рукописный способ размножения книг был недостаточно производительным и слишком трудоемким, а потому не мог удовлетворить растущий спрос на книги.



Введение книгопечатания, по сути дела, было одним из государственных мероприятий, которые в 50–60–е гг. XVI в. проводил Иван Грозный. В послесловии к "Апостолу" 1564 г., являющимся одним из основных источников по истории начала книгопечатания в Москве, указывается несколько тому причин. Одна из них потребность в большом количестве церковных книг для вновь строящихся в Москве и других городах церквей. Особенно много книг требовалось в связи с введением христианства в завоеванной в 1552 г. Казани. Иван Грозный повелел покупать святые книги на торгу «и в святых церквах полагати». Но оказалось, что большинство книг непригодно – они были искажены «несведущими и неразумными» переписчиками и содержат ошибки, что способствует порождению ересей. Поэтому второй важной причиной была необходимость исправления «растленных» книг и создание правильных книг. Этот вопрос был поставлен на Стоглавом соборе, который постановил конфисковать неисправленные рукописи и вести цензуру. Но осуществить контроль над переписыванием книг, которое велось во многих городах и храмах русского государства, было трудно. Контроль мог быть осуществлен только при централизованном способе размножения книг. Книгопечатание, таким образом, было закреплено для обслуживания нужд церкви. Рукописные книги с середины XVI в. и в XVII столетии служили целям хранения и распространения внецерковного чтения.
С середины XVI в. правительство Ивана Грозного приступает к поиску средств и людей для организации книгопечатания. На Руси к этому времени были уже известны произведения западноевропейского книгопечатания – например, образцы изданий итальянца Альда Мануция еще в первой четверти XVI в. привез с собой Максим Грек. Были известны и другие печатные книги.

Начало книгопечатания в Москве относится к середине XVI в.. Известна группа анонимных изданий, напечатанных в это время – это Евангелия, Псалтыри и др. Книги напечатаны в два цвета – черной и красной красками, графика шрифтов воспроизводит полуустав. В них нет выходных данных – времени, места, имени издателя, и они датируются 1553–1564 г. по бумаге, технике, сохранившимся в них записям. Техника печати этих книг весьма несовершенна.
Налаживание централизованного печатного в России дела связано с именем Ивана Федорова, дьякона одной из церквей Московского Кремля. Первая русская датированная печатная книга – Апостол, который печатали с 19 апреля 1563 г. по 1 марта 1564 г.


По технике печати, качеству набора и оформлению эта книга стоит гораздо выше анонимных изданий. "Апостол" напечатан в два цвета – черной и красной краской, впервые использована техника двухпрокатной печати с одной формы. Кроме того, в русских печатных изданиях XVI–XVII в. использовался также и принятый во всех западноевропейских типографиях метод двухпрокатной печати с двух наборных форм. На фронтисписе "Апостола" – гравюра с изображением евангелиста Луки. В книге много изящных заставок, гравированных инициалов, 24 строки вязи. В послесловии рассказывается о создании в Москве типографии, прославляются Митрополит Макарий и Иван IV. Апостол был отредактирован, были улучшены орфография и язык.
В 1565 г. Иван Федоров и Петр Мстиславец выпустили два издания "Часовника". Учебный характер и небольшой формат этого издания привели к тому, что книгу быстро зачитывали, она ветшала, и, таким образом, сохранились единичные экземпляры, по–преимуществу – в зарубежных книжных собраниях. Иван Федоров и Петр Мстиславец покинули Москву из–за обвинений в ереси, успев, однако, взять с собой матрицы, пунсоны, резные доски. Сначала они уехали в Литву, где под покровительством гетмана Г. А. Ходкевича продолжали печатать русские книги (на обороте титула этих книг помещался герб Ходкевича). В Литве в 1569 г. ими были изданы Евангелие (в котором был титульный лист с предисловием Ходкевича) и Псалтырь с Часословцем, который является очень редким изданием – сохранилось три дефектных экземпляра этой книги. В 1572 г. Иван Федоров переехал во Львов и оборудовал типографию. В 1574 г. там было осуществлено новое издание "Апостола". Кроме того во Львове Иван Федоров выпустил первую "Азбуку" – единственный известный сохранившийся экземпляр ее купил в 1927 г. С. П. Дягилев в Риме. В книге 78 страниц, украшенных заставками. Текст набран московским шрифтом Ивана Федорова. Это издание стало образцом для русских азбук, печатавшихся в последующее десятилетие. Из Львова Ивана Федорова пригласил к себе князь Константин Острожский печатать Библию на славянском зыке. На разыскание и сверку различных вариантов Библии ушло несколько лет. Там же, в Остроге, Иван Федоров издал еще одну "Азбуку" с заглавием "Начало учения детям" (экземпляр такой азбуки хранится в Королевской библиотеке в Копенагене) и два букваря (хранятся в библиотеках Кембриджа и Оксфорда). Острожская Библия вышла в 1580–1581 гг. Она состояла из 628 листов (1256 страниц), отпечатанных в два столбца шестью различными шрифтами. В ней много заставок и заглавных буквиц. Тираж Библии составлял 1000–1200 экземпляров, сохранилось около 250 экземпляров. Это была роскошная книга большого формата, обращались с нею бережно.



После отъезда Ивана Федорова из Москвы его дело продолжили другие мастера. В 1567–1568 г. Андроник Невежа и Никифор Тарасиев оборудовали в Москве типографию, в которой в 1568 г. выпустили Псалтырь. В 1571 г. во время пожара в Москве сгорел весь Печатный двор. Типография была оборудована в Александровской слободе. Там печатались и светские книги.
По последним данным, в Москве во второй половине XVI в. было выпущено девятнадцать изданий; их тиражи, как правило, не превышали 1200 экземпляров, хотя современные исследователи предполагают, что тираж первопечатного "Апостола" составлял более 2000 экземпляров, а "Апостола", выпущенного Иваном Федоровым во Львове (1574), – не менее З000. Крупнейшие собрания первопечатных русских книг хранятся в Российской национальной библиотеке в Петербурге, в Российской Государственной библиотеке и Государственном Историческом музее в Москве. К первопечатным (старопечатным) русским книгам относят все датированные издания Ивана Федорова, его ближайших учеников и сподвижников, а также книги московской "анонимной" типографии (1553–1556). Характер оформления и материалы первопечатных и раннепечатных русских книг напрямую связаны с системой оформления рукописных книг XI–XVI в.ов. Дальнейшее развитие книгопечатания в России XVII в. способствовало появлению большого количества печатных книг, которые постепенно начинают вытеснять рукописные издания, которых, однако, в XVII в.е изготовляется достаточно много.

Праздники славян - Родоница
Тридцатого апреля заканчиваются последние весенние холода. С заходом солнца открывают зачин.

В этот день поминают предков, призывают их посетить землю: «Летите, милые деды...». Ходят на могилы, принося поминальные дары: блины, овсяный кисель, пшённую кашу, крашенные яйца-писанки. После зачина начинается тризна: воины на горе «боряхуся по мертвецы», показывая своё боевое искусство. С высокой горы катают крашенные яйца, соревнуясь. Побеждает тот, чьё яйцо укатится дальше, не разбившись. К полуночи, на той же горе раскладывают дрова для большого костра.

Заполночь начинается праздник - Живин день. Женщины, взяв метлы, совершают обрядовую пляску вокруг костра, очищая место от нечисти. Прославляют Живу, богиню жизни, которая оживляет природу, посылая на Землю весну. Все прыгают через Огонь, очищаясь от наваждений (Навий) после долгой зимы. На той же высокой горе затевают весёлые игрища и хороводы вокруг костра. Играют сказку, повествующую о путешествии в мир Навий и возвращении в Явь.

С наступлением утра угощаются печеньем в виде жаворонков, отпускают живых птиц из клеток на волю, призывая весну...

Вам это ничего не напоминает?

Оно самое и есть!

Вальпургиева ночь
Вальпургиева ночь - наиболее значительный из языческих праздников, посвященный плодородию. Вальпургиева ночь отмечается ночью 30 апреля в ознаменование расцветающей весны.

У кельтов было восемь праздников, деливших год на восемь приблизительно равных частей:
зимнее солнцестояние - 22 декабря, Йоль, кельтский Праздник возрождения Солнца; в древнерусской языческой мифологии - Карачун (Корочун) - день, которым властвует - Чернобог - божество смерти, подземный бог повелевающий морозами, злой дух.
2 февраля - Имболг, кельтский Праздник свечей, Бригиттов День, Оймелк;
весеннее равноденствие - 21 марта, Имбаэлк, кельтский Праздник птиц, Остара, День Сурка, в России - Сретенье. А также, между прочим, Всемирный день поэзии и Международный день кукольника.
ночь с 30 апреля на 1 мая - Белтейн (Белтан, Вальпургиева Ночь, Майские Святки), кельтский Праздник цветов
летнее солнцестояние - 21 июня, Лита, кельтский Праздник трав, славянский Иван Купала;
1 августа - Лугнасад (Ламмас), кельтский Праздник зерна.
осеннее равноденствие - 22 сентября, Мабон, славянский день Сварога;
ночь с 31 октября на 1 ноября – Самхейн, кельтский Праздник мертвых, Хеллуин, Ноябрьские Святки.

Дата праздника Бельтэйн раньше не была такой точной – его отмечали, когда отцветал боярышник. Кельты считали дни от вечера к вечеру, а не от утра к утру. Традиция сохранилась и в двух торжествах – ночи Хеллоуина и Вальпургиевой ночи. Эти праздники были противоположностью друг друга – как на календаре, так и по смыслу. Для кельтов ночь перед 1 мая знаменовала наступление летнего периода времени – «большого солнца», ночь перед 1 ноября – соответственно, наступление зимы. Считалось, что в оба праздника настежь открыты врата в другой мир, страну эльфов.

Как и у большинства народов, праздник в честь начала лета был посвящен солнцу и плодородию, а значит – и мужской силе. Об этом напоминает дошедший до наших времен фаллический символ – майский шест. Традицию плясать 1 мая вокруг шеста, украшенного цветами и лентами, сохранили жители Британии и Ирландии. В этот день они выбирают и майскую королеву – единственную девушку, которой в этот день дозволено носить одежду зеленого цвета, любимого, по преданиям, эльфами. Королева становится как бы посредницей при общении между людьми и Народом холмов.

Еще одним символом Бельтэйна были костры. Древние кельты выпускали в этот день скотину на пастбища после зимовки в хлевах. Обязательным считалось прогнать животных между двумя рядами костров – по поверью, это избавляло их от зимних хворей.

Христианская церковь занесла в черный список не только кельтских богов, но и их праздники. Однако, поскольку день в году нельзя упразднить, постаралась навязать им другое значение. Так, 1 ноября стало Днем всех святых, другие старые праздники, в том числе и Новый год, также приобрели христианскую окраску. Но в церковном календаре разнообразных требующих отмечания дат и так хватало, и о праздновании 1 мая добрые католики постарались забыть.

Нынешнее название древнему торжеству дали немцы – в честь святой Вальпургии.

Первые официальные упоминания о Вальпургиевой ночи появились в протоколах инквизиции в Средние века. Святая Вальбурга (она же Вальтпурде, Вальпургис, Вабур, Фальбур, Бугга, Годурж) - реальная историческая фигура. Эта знатная британка родилась в Девоншире около 710 г. Она была дочерью Ричарда, одного из королей Западной Саксонии, и Винны, сестры св. Бонифация, апостола Германии. Оба ее брата, Виллибальд и Винибальд, тоже были канонизированы.

Отправившись в паломничество на Святую землю вместе с сыновьями, Ричард поручил свою 11-летнюю дочь заботам аббатисы Уинборнского монастыря, известного своими строгими порядками. 26 лет она провела там. Вальбурга настолько хорошо изучила языки, что описала на латыни путешествие своего брата в Палестину, не говоря уже о повествовании о жизни другого брата на родном английском. Поэтому часто св. Вальбургу называют первой писательницей Англии и Германии.

В 748-м дядя Вальбурги, Бонифаций, решает создать в Германии систему монастырей. По его просьбе аббатиса Уинборна присылает миссионерок, в том числе Вальбургу. Корабль отплыл от Британии в ясную погоду. Но скоро начался ужасный шторм. Монахиня бросилась на колени прямо на палубе - и море тут же успокоилось. Моряки рассказали на берегу об этом чуде, и в Германии Вальбургу встречали с благоговением. С тех пор святая считается покровительницей моряков (помогает также при водобоязни и в шторм).

Впоследствии Вальбурга стала аббатисой монастыря в Хайденхайме, городке в Баварии неподалеку от Айштадта, а после смерти брата руководила даже мужским монастырем. Ее добродетели и многочисленные чудеса принесли ей славу. Умерла Вальбурга 25 февраля 777 г.

Прошло больше 100 лет, чудеса монахини позабылись. Но вот новый епископ Айштадта решает восстановить монастырь и церковь. Рабочие осквернили могилу аббатисы, и однажды ночью ее грозная тень явилась епископу... Вскоре - а именно, 1 мая - останки монахини перевезли в Айштадт, возложив в пустоту одной из скал. И из скалы начало вытекать целебное масло, помогавшее от многих болезней. Вальбургу канонизировали, причислив к лику святых. Позже ее останки развезли по разным городам Германии, а дни, когда это случилось, посвятили ей (25 февраля, 12 октября, 24 сентября). Но главный день св. Вальбурги - первое мая.

30 апреля исполняется 125 лет со дня рождения чешского писателя Ярослава Гашека (1883-1923).



Ярослав Гашек – удивительный писатель. Современникам даже казалось, что он не вполне серьезно относится к литературному творчеству и занимается им, словно не желая слишком утруждать себя. Он не склонен был просиживать над рукописями дни и ночи. Не признавал ни планов, ни черновиков и писал все сразу набело. Написанного практически не правил и вообще предпочитал проводить большую часть времени не над листом бумаги, а на людях, в богемных компаниях, в странствиях и т.д. В литературных кругах Гашека долго не хотели признавать своим, а между тем пройдет каких-нибудь два десятилетия с момента появления его первых рассказов, и этот "небрежный" писатель создаст роман, который получит широчайшую известность во всем мире. Бертольт Брехт запишет в своем дневнике: "Если бы кто-нибудь предложил мне выбрать из художественной литературы нашего века три произведения, которые, на мой взгляд, представляют мировую литературу, то одним из таких произведений были бы "Похождения бравого солдата Швейка" Я. Гашека".
Этот парадокс имеет свое объяснение. Силу Гашека-писателя составляло как раз то, что другим казалось его слабостью. "Нужно уметь не писать, а видеть, писать это уже следствие", – заметил однажды А. де Сент-Экзюпери. Мало кто видел столько, сколько довелось увидеть Гашеку. Он был поистине одержим страстью познавать мир и людей. Всю свою жизнь он провел на людях. При этом его отличала поразительная живость реакции на все происходящее вокруг, благодаря чему само творческое осмысление увиденного как бы смещено у него непосредственно на момент восприятия. Работа за письменным столом была лишь заключительным актом творчества. Оно продолжалось непрерывно. Сама его жизнь превратилась в творческий процесс. Ко всему прочему Гашек обладал необыкновенным чувством комического, тем "двойным зрением", которое позволяет одновременно видеть лицевую и оборотную сторону медали, "кажимость" и сущность. Недаром с его именем связано столько комических историй, в которые выливалось его отношение к окружающему и которые зачастую столь же остроумны и так же заслуживают названия художественных произведений, как и его лучшие "написанные" вещи.


Широкое знакомство с жизнью началось у Гашека еще в детстве. Он родился в 1883 году в Праге в семье учителя. С самого начала мальчик во многом был предоставлен самому себе и имел возможность вдоволь насладиться атмосферой мальчишеских проказ и похождений. В тринадцать лет он лишился отца и два года спустя вынужден был покинуть гимназию. Мать устроила его в лавку москательных и аптекарских товаров. Служба эта состояла в непрерывном общении с людьми. Позднее ему все же удалось получить образование. Он окончил коммерческое училище. Но должность банковского чиновника не увлекала его, молодого человека все время тянуло то в Африку на помощь бурам в их войне против англичан, то в Македонию, где в 1903 году вспыхнуло восстание против турок, то просто в странствия и путешествия. В юности он исходил пешком всю Австро-Венгерскую империю, а отчасти и соседние страны. Впечатления от этих странствий и от общения с людьми, в том числе с теми, кто оказался на дне жизни, в основном и дали материал для его ранних рассказов.
В молодости Гашек часто вел полубездомную жизнь литературного поденщика и участника веселых компаний, где оттачивал свой талант юмориста. Гашек занимался редактированием анархистских газет, распространял брошюры Кропоткина, не раз сталкивался с полицией и как-то целый месяц провел в заключении. Однако через три года он разочаровался в движении анархистов, не увидев одновременно перспектив и в деятельности других чешских политических партий, оппозиционность которых казалась ему слишком мелкой и вялой. Все это нашло отражение в знаменитой комической акции Гашека, когда в 1911 году, во время дополнительных выборов в австрийский парламент по одному из пражских избирательных округов он инсценировал вместе с друзьями создание партии умеренного прогресса в рамках закона. Шумный комический спектакль с пародийными предвыборными собраниями и речами Гашека длился около двух месяцев. Буффонада стала одним из ярчайших проявлений той стихии "дискредитации смехом", которая в канун первой мировой войны особым образом окрашивала атмосферу чешской общественной жизни и нараставшей оппозиционности по отношению к официальным верхам.
В довоенные годы Гашеком были написаны сотни рассказов, очерков, фельетонов, юморесок. В 1911 году в его рассказах впервые появилось и имя бравого солдата Швейка. Но самым крупным его довоенным произведением стала "Политическая и социальная история партии умеренного прогресса в рамках закона", созданная по следам знаменитой буффонады. С неподражаемым юмором автор рассказывал в ней о похождениях неунывающей компании. Книга включала также несколько десятков шаржей на участников и современников "движения". Все они были выведены под собственными именами. Сочинение обещало прозвучать как веселый и шумный вызов и официальным представлениям, и существующим порядкам, и наивным политическим иллюзиям, и мещанскому самолюбию. Однако издатель, взявшийся в 1912 году выпустить книгу, в конце концов, так и не решился это сделать, и она увидела свет, если не считать отдельных главок, лишь полсотни лет спустя – в 60-е годы (на русском языке книга пока что опубликована полностью только один раз в шеститомном собрании сочинений Гашека).
Самым бурным периодом, насыщенным драматическими событиями, стали в жизни Гашека годы первой мировой войны. На протяжении пяти лет он оказался связанным с армейской средой, участвовал в сражениях, находился в лагерях для военнопленных, служил в трех, совершенно разных армиях. Не раз сама его жизнь висела на волоске. Был случай на австро-русском фронте, когда он вернулся из ночной разведки с простреленной фуражкой. Он остался невредим в кровопролитных боях под Сокалем, в которых был убит или ранен каждый второй из участников этой битвы. В Поволжье ему довелось в течение четырех месяцев скрываться в тылу противника с риском в любую минуту быть схваченным. Был выписан ордер на его арест, что, по сути, означало тогда смертный приговор. В Иркутске, уже в конце гражданской войны ему стреляли в спину, и пуля миновала его, оставив лишь отметину на шее. Дважды он перенес тиф.
Творческая история главного сочинения Гашека в немалой степени связана с его пребыванием в России. Интерес к России пробудился у него еще в юношеские годы. Уже тогда он овладел и русским языком. Он неплохо знал русскую литературу от Пушкина, Толстого, Достоевского до Горького и Аверченко. Один из друзей юности Гашека вспоминал: "Гашек очень любил русских авторов и сам имел так много общего с Максимом Горьким. Мы хотели жить по-русски..." и дальше: "Я уже сказал, что мы хотели жить по-русски... мы хотели познать жизнь и писать о ней так, как мы сами ее познали". Существуют сведения, что еще во время своих юношеских странствий Гашек пытался перейти и границу России, хотя попытка эта не увенчалась успехом. Он попал в Россию позднее, во время мировой войны. Не испытывая ни малейшего желания сражаться за победу Австро-Венгерской империи, в составе которой на подневольном положении находилась его родина, Гашек еще перед отправкой на фронт острил, что на передовой не упустит возможности заглянуть и на противоположную сторону. На фронте при первой же возможности он сдался в плен и менее, чем через год, уже служил в добровольческих чехословацких частях, сформированных в России по настоянию чехов и словаков для участия в борьбе против Австро-Венгрии. Он вел большую журналистскую работу, писал корреспонденции из действующей армии для журнала "Чехослован", выходившего в Киеве на чешском языке. После участия в 1917 году в битве у Зборова был награжден серебряной Георгиевской медалью "За храбрость".
Едва ли не самым крупным событием в жизни Гашека стало его участие в военном походе Пятой Красной Армии длительностью в два года и протяженностью в пять тысяч километров – от Волги до Байкала. Он служил помощником коменданта города Бугульмы, начальником походной типографии, редактировал армейские газеты и журналы. На его долю выпала огромная организационная и пропагандистская работа с бывшими военнопленными и иностранцами, сотни тысяч которых скопились в зоне действий Пятой Армии в Сибири. Он окончил свою военную службу в должности начальника интернационального отделения политотдела армии. Не прекращалась и его литературная деятельность, причем значительную часть фельетонов и статей он писал теперь на русском языке. Тексты, опубликованные Гашеком за время пятилетнего пребывания в России, составили впоследствии целых два тома (из шестнадцати) в собрании его сочинений .
О читательском интересе к Гашеку можно судить уже по количеству изданий его произведений. В этом отношении Гашек держит в нашей стране абсолютное первенство среди чешских авторов. Общий тираж его книг, выпущенных у нас, превысил к 1989 году 16 миллионов экземпляров. Был случай, когда роман о Швейке был издан на русском языке тиражом ровно в миллион экземпляров, и все равно его мгновенно раскупили - настолько полюбился читателям этот чародей юмора и смеха.
Комическая эпопея Гашека в равной степени пользуется успехом во всех слоях общества: и в самых демократических, и в искушенных литературных кругах. Иногда можно даже встретить людей, знающих наизусть десятки юмористических реплик из романа о Швейке и охотно вставляющих их в разговор. Известность главного героя Гашека оказалась настолько широкой, что с ним был знаком даже сам советский вождь, который, по воспоминаниям его охранников, иногда бросал им фразу: "Что ты передо мной бравым солдатом Швейком вытягиваешься!" .
В Чехословакии, в городе Липнице открыт в 1959 музей Гашека. В СССР его именем названы улицы в Москве, Бугульме, Челябинске.*

chitai.kraslib.ru

В 1686 г.:
родился Василий Никитич Татищев (ум. 1750), историк, государственный деятель, основатель Екатеринбурга. Татищев подготовил первую русскую публикацию исторических источников, введя в научный оборот тексты "Русской правды" и "Судебника 1550 г." с подробным комментарием; положил начало развитию в России этнографии, источниковедения. Татищеву также принадлежит "История Российская с самых древнейших времен" и первый русский энциклопедический словарь.



Василий Никитич родился в семье псковского помещика. Татищевы были потомками князей Смоленских, и, кроме того, состояли в родстве с Романовыми. Так что Василий Никитич был родом из знатной семьи. Он вошел в память современников и потомков как личность неординарная. Недаром его работы расходились по всей России в рукописях, а одна из них - "Духовная" - впоследствии неоднократно переиздавалась. Высокий уровень интеллектуального и духовного развития Василия Никитича еще более удивителен, если учесть то, что он не получил практически никакого систематического гуманитарного образования. Многими своими знаниями Татищев овладевал совершенно самостоятельно. Он учился везде и всегда, старался проникнуть в самую суть вещей, разобраться в причинах явлений, дойти до самой сути. Свои "университеты" он проходил прежде всего на военной и государственной службе. Так, уже в 18 лет Василий и его брат Иван поступили в драгунский полк и в первый же год службы участвовали непосредственно в сражении. Это было взятие Нарвы. Татищев был участником и Полтавской битвы. Он сражался как истинный патриот своей Родины, был несколько раз ранен, и Петр I отметил его как офицера. Несколько раз Петр посылал Василия Никитича за границу - обучаться наукам и выполнять дипломатические поручения императора. Эти поездки обогатили его (Татищева) познания в философии и истории, географии и горном деле, артиллерии и статистике, в области политических и экономических учений. Так, Татищев посетил столицу Саксонии Дрезден, после учебы в которой успешно сдал экзамен на офицера артиллерии. По приезду в Россию он начал заниматься составлением карт.

1720 год не был благоприятным для России. Его можно назвать поистине годом упадка: государственные заводы влачили жалкое существование, многие отрасли производства не имели никакого развития. Петр I решил взять дело в свои руки и 30 июля 1720 года послал Татищева в Кунгур с заданием разыскать заводы в районе этого уральского города, выяснить их состояние и разведать залежи руд. Василий Никитич выполнил это задание: им были обнаружены Кунгурский и Пыскарский заводы. Для расследования дел на заводах Татищев подобрал себе команду из опытных и знающих людей, которых нашел среди местных рудознатцев. Среди таких людей были Мальцев, Иван Патрушев и татарин Русаев. Также в команде Татищева были иностранцы: саксонец Иоганн Блиер и пленный швед капитан Берглин. Горное дело в России начиналось практически с нуля. Расследование принесло Татищеву очень важные результаты (руда лежит далеко - ее трудно доставать, и это дорого стоит; оборудование на заводах сломано и давно не используется; рабочей силы мало; среди отдельных помещиков и местного населения фактически царит самоуправство) в соответствии с которыми он стал продолжать свою деятельность на Урале.

Татищев запланировал открыть новый завод, однако указ Петра не открывать новые заводы воспрепятствовал этому. Поэтому Василий Никитич принял решение о переносе завода из Кунгура в Муллы. Пока осуществлялся этот проект, он (Татищев) посетил Пыскарский завод в Соликамске. Вплоть до 1724 года Татищев занимался бурной деятельностью, которая была направлена "на пользу Отечества": он развивал заводское дело на Урале. Беспрекословно его считают основателем Егошихинского завода, вокруг которого образовалась деревня Егошиха, а от нее и Пермь позже пошла... Хотя участие Татищева в дальнейшем становлении этого завода по мнению многих историков сомнительно, существует один из документов (от декабря 1723 года) с планом завода на Егошихе, сделанный его рукой. Вот это и есть то, о чем говорилось в начале - деятельность Татищева предопределила существование города Перми.

Помимо всего этого (хотя, согласитесь, что и восстановление горного дела, а также создание комплекса заводов и призаводских поселений, весомо для истории Урала) Татищев разработал проект завода на реке Исеть, который положил начало городу Екатеринбургу; кроме того, он заботился об образовании работных людей, открывая новые школы, и боролся за увеличение применения вольнонаемного труда. Огромное значение деятельности Василия Никитича для Урала просто неоспоримо.

Во время своей работы по развитию заводского дела Татищев столкнулся с подлинными хозяевами Уральской земли - промышленниками Демидовыми. Недовольные подъемом государственных заводов, которые составляли конкуренцию их собственным предприятиям, Демидовы оклеветали Татищева перед Петром I, обвинив его во взяточничестве. Но, к счастью для Василия Никитича, следствие доказало его невинность и злой умысел Демидовых. В 1724 году Татищев покинул Урал - уехал в Швецию. Следующая его поездка на Урал пришлась на 1733 год. Он продолжал свои научные изыскания - им был создан ряд выдающихся философских, исторических, политических, экономических произведений. Умер Василий Никитич Татищев 15 июля 1750 года.

В этот день родились иракский тиран Саддам Хусейн и палач СС Генрих Мюллер. Оба не сделали ничего для культуры - впрямую, но оба не раз являлись героями художественных и не очень художественных произведений, поэтому стоит их упомнить в нашем календаре. также оба занимались тем, что эту самую культуру гнобили, отчего она расцветала небывало буйным цветом - противу силы. Так что, до некоторой степени их можно назвать катализаторами культуры, их влияние на культуру гораздо сильнее, чем чьё-либо из меценатов.

Вот, скажем, Генрих. Он заключил в Освенцим, кажется, порядка 18 тыс. человек. Таким образом он послужил делу возникновения еврейской поэзии на идиш, которая на 60% произошла из концлагерей.

Лирическое отступление: одни 17 мгновений весны чего стоят! а все американские боевики, посвящённые войне в Персидском заливе!

Думаю, что даже через много лет эти персонажи не утратят своего очарования и прелести. Так что, с днём рождения, Саддам Противостоящий! С днём рождения, дорогой Индржих!

Конечно, они жуткие типы. Но влияние на мировую культуру они имели огромное. Клянусь.

Садда́м Хусе́йн Абд аль-Маджи́д ат-Тикри́ти (араб. صدام حسين عبد المجيد التكريتي‎‎) (28 апреля 1937[1] — 30 декабря 2006 года) — иракский государственный и политический деятель, президент Ирака (1979—2003), премьер-министр Ирака (1979—1991 и 1994—2003), генеральный секретарь иракского отделения партии Баас, председатель Совета революционного командования, маршал (1979). Установил в стране культ личности и стремился стать неофициальным лидером восточной части арабского мира и хозяином Персидского залива. Благодаря огромным доходам от экспорта нефти осуществил масштабные реформы, сделав уровень жизни в Ираке одним из самых высоких на Ближнем Востоке. В 1980 году он развязал разорительную войну с Ираном, продолжавшаяся до 1988 г. В ходе войны Саддам Хусейн осуществил операцию «Анфаль» против курдов, в ходе которой его армия применила химическое оружие. Свергнут в апреле 2003 года в результате вторжения войск многонациональной коалиции, возглавленной США и Великобританией, и впоследствии казнён по приговору иракского суда.

У Саддама (арабское имя «Саддам» означает «противостоящий») не было фамилии в европейском понимании. Хусейн — это имя его отца, аналогичное русскому отчеству; Абд аль-Маджид — имя его деда, а ат-Тикрити — указание на город Тикрит, откуда Саддам родом.



(нем. Heinrich Müller, 28 апреля 1900—1945?) — шеф тайной государственной полиции (IV управление РСХА) Германии (1939—1945). Группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции (1941), заместитель Гейдриха. № в НСДАП — 4583199, № в СС — 107043.

Родился в Мюнхене, Бавария в католической рабочей семье. Во время первой мировой войны был награждён за храбрость Железным крестом II класса. После подписания Версальского мира начал с 1919 года службу в баварской полиции, где принимал участие в подавлении коммунистических волнений. После расстрелов заложников революционной Красной Армией в Мюнхене, во время Баварской Советской Республики, Мюллер приобретает пожизненную ненависть к коммунизму[1]. Во времена Веймарской Республики он руководит политическим отделом Мюнхенской полиции и знакомится со многими членами НСДАП, в том числе Генрихом Гиммлером и Рейнхардом Гейдрихом.

Историк Ричард Эванс писал:

Мюллер всегда был сторонником дисциплины и порядка. Поставленные перед ним задачи он выполнял так, словно они были военными командами. Истинный трудоголик, никогда не бравший выходных, Мюллер был настроен служить немецкому государству вне зависимости от того, какое правительство было у власти и полагал, что это есть всеобщая обязанность повиноваться.

Как сотрудник криминальной полиции Мюнхена до 1933 года нанёс немало чувствительных ударов нацистам в годы их подпольной борьбы. После прихода Гитлера к власти стал также ревностно служить новому режиму, как раньше служил Веймарской республике. Гиммлер обратил внимание на такие его качества, как слепое подчинение дисциплине и профессиональная компетентность. Мюллер не раз подавал заявление о приёме в нацистскую партию, но в течение шести лет получал отказ; членом партии он стал только в 1939 году, что не помешало ему, тем не менее, фактически руководить гестапо с 1935 года. Одним из первых дел Мюллера было дело Бломберга - Фрича. Ему принадлежит разработка и осуществление провокационной операции в Глейвице, в которой он отвечал за доставку трупов заключённых концлагерей («консервов») и координацию действий групп эсэсовцев, изображавших немецких пограничников и польских военнослужащих, напавших на таможенный пункт в Хохлиндене. Он руководил расследованием деятельности подпольной организации «Красная капелла». 20 января 1942 года Мюллер находился среди пятнадцати высших нацистских руководителей, присутствовавших на Ванзейской конференции, где принималось решение по еврейскому вопросу.

Осенью 1942 года Гиммлер поручил Мюллеру создать собственную систему концлагерей для уничтожения евреев. Благодаря стараниям Мюллера, в январе 1943 года из Голландии было вывезено 45 000 евреев, 3 000 из Берлина, 30 000 из Белостока и 10 000 из Терезиенштадта для отправки их в газовые камеры Освенцима.

В июне 1943 Мюллер был направлен в Рим, чтобы выяснить причины, позволявшие итальянским евреям избежать ареста.

В последние дни Третьего рейха Мюллер находился в бункере фюрера. Именно ему Гитлер поручил допрос Германа Фегелейна, мужа сестры Евы Браун, который пытался удрать из бункера.

Судьба Мюллера после апреля 1945 года достоверно не известна. Последний раз его видели в бункере Гитлера 27 апреля 1945 года. Существуют версии, согласно которым:

* Мюллер погиб в Берлине;
* Мюллер скрылся в Латинской Америке, возможно, изменив внешность после пластической операции. Сначала он жил в Аргентине, затем в Боливии, потом переехал в Парагвай;
* Мюллер был завербован НКВД и в дальнейшем жил в СССР;
* Мюллер был завербован ЦРУ и в дальнейшем жил в США (эту версию поддерживают опубликованные в 1990-е «Вербовочные беседы» и «Дневники» Мюллера, которые, однако, многие специалисты считают апокрифом).

В СССР и Восточной Европе получил большую известность образ Мюллера, выведенный в романах Юлиана Семёнова и особенно в фильме Татьяны Лиозновой «Семнадцать мгновений весны», где Мюллера сыграл Леонид Броневой. Кинообраз шефа гестапо, созданный режиссёром и актёром, один из самых ярких в сериале, хотя достаточно далёк от исторического персонажа.