...Каждый выбирает для себя
Женщину, религию, дорогу.
Дьяволу служить или пророку -
Каждый выбирает для себя.

Каждый выбирает по себе
Шпагу для дуэли, меч для битвы.
Слово для любви и для молитвы
Каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает по себе
Щит и латы, посох и заплаты.
Меру окончательной расплаты
Каждый выбирает по себе.

Каждый выбирает для себя
Выбираю тоже как умею
Ни к кому претензий не имею
Каждый выбирает для себя.
( с)

Дожилась- другим советы даю, стихи чужие цитирую.
Но стихи отличные.

Смотрю "Новости" и вспоминаю турнирное для Снежной:
"Десант зимы свалился на Paris,
как никогда, обильным снегом белым..."

(Что-то спрятано в складку)

небессердечный кусок небес**

(а у вас в школе были вопросы со звездочкой? а с двумя?)

Я тут? Сам себе не верю!...:)

"Искусство возможно только как перевод на символический язык экзистенциальных ценностей"
Л. Гинзбург

В Сочельник, под Рождество, - бывало, до звезды не ели. Кутью варили,
из пшеницы, с медом; взвар - из чернослива, груши, шепталы... Ставили под
образа, на сено.
Почему?.. А будто - дар Христу. Ну.., будто, Он на сене, в яслях.
Бывало, ждешь звезды, протрешь все стекла. На стеклах лед, с мороза. Вот,
брат, красота-то!.. Елочки на них, разводы, как кружевное. Ноготком протрешь
- звезды не видно? Видно! Первая звезда, а вон - другая... Стекла
засинелись. Стреляет от мороза печка, скачут тени. А звезд все больше. А
какие звезды!.. Форточку откроешь - резанет, ожжет морозом. А звезды..! На
черном небе так и кипит от света, дрожит, мерцает. А какие звезды!.. Усатые,
живые, бьются, колют глаз. В воздухе-то мерзлость, через нее-то звезды
больше, разными огнями блещут, - голубой хрусталь, и синий, и зеленый, - в
стрелках. И звон услышишь. И будто это звезды - звон-то! Морозный, гулкий, -
прямо, серебро. Такого не услышишь, нет. В Кремле ударят, - древний звон,
степенный, с глухотцой. А то - тугое серебро, как бархат звонный. И все
запело, тысяча церквей играет. Такого не услышишь, нет. Не Пасха, перезвону
нет, а стелет звоном, кроет серебром, как пенье, без конца-начала... - гул и
гул.
Ко всенощной. Валенки наденешь, тулупчик из барана, шапку, башлычок, -
мороз и не щиплет. Выйдешь - певучий звон. И звезды. Калитку тронешь, - так
и осыплет треском. Мороз! Снег синий, крепкий, попискивает тонко-тонко. По
улице - сугробы, горы. В окошках розовые огоньки лампадок. А воздух... -
синий, серебрится пылью, дымный, звездный. Сады дымятся. Березы - белые
виденья. Спят в них галки. Огнистые дымы столбами, высоко, до звезд.
Звездный звон, певучий, - плывет, не молкнет; сонный, звон-чудо,
звон-виденье, славит Бога в вышних, - Рождество.
Идешь и думаешь: сейчас услышу ласковый напев-мо-литву, простой,
особенный какой-то, детский, теплый... - и почему-то видится кроватка,
звезды.

Рождество Твое, Христе Боже наш,
Возсия мирови Свет Разума...

И почему-то кажется, что давний-давний тот напев священный... был
всегда. И будет.

И. Шмелев "Лето господне"

"A poem is that species of composition which is opposed to works of science, by purposing for its immediate object, pleasure, not truth"

Поэтическое произведение - это род сочинения, отличающийся от научных трудов тем, что своей непосредственной целью он полагает удовольствие, а не истину.

Кольридж.

Воистину: заставь дурака Богу молиться, он и лоб расшибёт...

Когда на город опускается печаль
И разгоняет пешеходов прочь
И одиночества - ничуть не жаль,
И только кажется, что это ночь.

И только кажется, что это сон,
И за стеною не смолкает плач,
И где-то колокольный звон
Ведет отсчет крушений и удач.

во как. Надо ж такое в праздник пришло!

я меняюсь:

(Что-то спрятано в складку)

Ну, извините... обслушался-таки Коссовича... Оно мне вредно...

Я шел, кукожась,
В польто
в демисезонном...
И Новый год кормил
Морковкою с ладони...

"Всего «базовых» иллюзий четыре штуки: иллюзия опасности, иллюзия страдания, иллюзия счастья и иллюзия взаимопонимания. Это такие, своего рода, системные ошибки. Они сбивают нас с панталыку, уводят в мир грез, фантазий и ужасов. И мы уже не видим реальный мир, мы воспринимаем его искаженным. А в иллюзорном мире не может быть по-настоящему хорошо, там все иллюзорно — даже счастье.

И вот, чтобы изменить свое отношение к жизни, чтобы увидеть мир таким, каков он есть на самом деле, нужно отказаться от иллюзий и прийти к честным решениям." (с)

а могла бы написать сотни стихов.
вам бы понравилось - точно.
но есть разница, скорее даже пропасть, между этим могла бы и могу. я могла бы и не могу.
просто наступил тот самый критический момент(он для многих графоманов и девочек наступает), когда в себе искать уже вроде бы(и пока!) нечего, а в эстететику пустого стиха - стиха ради текста, метафоричности, ритма не веришь. то есть себе не веришь и поэтому никого не обманываешь. я еще способна(и никуда от этого не денешься) быть нечестной перед самой собой, но обманывать другого - здесь уже и ответственность, и вина. нет, так нельзя.

а то бывает - начирикал и забыл. и вроде бы даже что-то есть в нем, в этом случайном тексте - результате душевного порыва, который на самом деле не должен был стать таким(каким угодно, но только не стихотворным) результатом, - картинка, трафарет, живое словцо. но это все наполовину(в лучшем случае). это в конце концов не правда. не единица, не истина. а все, что не есть true - то false? бог знает.

это все изменится, стоит только надломиться одной из тысяч деревянных досочек, по которым я ступаю. а пока. среди всех этих моих недоистин и третичных разглядываний себя в зеркало. есть чудесные вещи - книги. и люди - самое главное богатство, увы.

ржавая высота,
тихая красота,
алая лента трамвая,
вечер гранитного края, -
синяя пустота!

- благо тебе, -
один -
в ночь зеленее льдин
пусть ничего не снится,
пусть прилетают птицы
спать на твоей груди, -
благо тебе,
один!
(с) р. мандельштам