Я в переписке с Госпожою Ли,
и отпускаю письма к ней с балкона,
как "голубей", но верю, что дошли,
исполненные строго по канону
эпистолярному, где "Вы" и "Ваш"
сопровождают сдержанную нежность,
и мыслей ненавязчивый купаж -
приправа к умолчаниям. Небрежность
адептов быстровыпитой любви
разрушит вязь тончайших отношений,
и заново её уже не свить,
как чувство не спасти ценой прощенья.

Перед рассветом сквозь туманный сад,
травинки раздвигая рыжим телом,
бесшумно выскользнет, пока все спят:
так рано даже птицам не приспело
петь песни. На прощание мелькнёт
хвост огненный - шарф с белою каймою.
Наутро солнца долгожданный гнёт
туман развеет и следы сокроет.
Я грежу о разлуке день за днём:
разлука невозможна без свиданья,
где каждый миг прочувствован вдвоём,
как Время - дар и Время - наказанье.

Даруется бессмертье за любовь:
как Младший Бог, в Небесном услуженьи
продолжит Путь за высью голубой в
Нефритовом Чертоге Откровений.
Я отпускаю письма: их полёт -
попытка дотянуться к адресату,
продолжить вязь, что Время не порвёт
в припадке ревности. Нет, не утрата,
а покровитель среди высших сил,
и, обращаясь к ней, её зову
с почтеньем - в письмах - Госпожою Ли
и молча - про себя - сестрицей Ху.