Литературный Клуб Привет, Гость!   ЛикБез, или просто полезные советы - навигация, персоналии, грамотность   Метасообщество Библиотека // Объявления  
Логин:   Пароль:   
— Входить автоматически; — Отключить проверку по IP; — Спрятаться
Бесчестная надежда легковерна
Сенека
boji4apa   / Остальные публикации
Ёлки-палки или обломный синдром
И был Свет, и была Тьма. И было так всегда.
И была Она. И бродили в Ней Свет и Тьма.
И встречали они Алые Сполохи и Изумрудное Сияние.
И сталкивались они между собой, и сливались, и гибли, и рождались вновь. И это тоже было всегда.
И были Другие. И входили они в Нее и не видели Её, ибо закрыты были глаза и души их.
И появился Иной - Избранный среди Других, и пришёл он в Нее, и открыл глаза, и увидел Её. И появилась СУТЬ и СМЫСЛ.
И спросил Иной. И ответила Она.
И спросил Иной ещё раз. И снова ответила Она.
И третий раз спросил Иной. И опять Она дала ответ.
И понял Иной, что не гость он для Нее, а долгожданный попутчик.
И не было пути назад. Ибо, поняв единожды, не возможно не пони-мать всегда.
И боль, и страдание, плата за понимание сущего. Ибо нельзя чер-пать Знание, не отдавая ни чего взамен.
И что бы увидеть, нужно открыть глаза.
И что бы понять, нужно открыть разум.
И что бы поверить, нужно открыть душу
ЗОВ КРОВИ.
В доме царила обычная преддорожная суета. Мать всегда умела создать макси-мум суеты, буквальна из пустого места, как и положено, ужасно заботливым родителям.
- Не ввязывайся ни в какие истории.
- Ага.
- Привет деду передашь, скажи, картошку выкапывать приедем. Тете Тамаре не забудь передать привет, носки я тебе положила, учебник взял?
- Ага.
- Тут еще деду баночка варения, селедку я тоже положила, колбасы палочку вот сюда…- Эй ты слушаешь?
- Ага. – Пытаясь говорить членораздельно сквозь бутерброд, ответил я, торопясь за-кончить завтрак.
- Что ага? Что ага! – Возмутилась мать, но тут же утихомирилась, пытаясь впихнуть в сумку очередной сверток. - Вот подарок деду на день рождения. Деньги я в трусы завер-нула и на самый низ сумки спрятала.
- А сколько? – Ненавязчиво поинтересовался я, скорчив бескорыстную физиономию.
- Что сколько? – Не поняла мать. - Трусов или денег? А… Тебя только деньги интересу-ют, я тут распинаюсь перед ним, а ты еще и не умылся. Марш в ванную! Денег даю на об-ратную дорогу, плюс трамвай до остановки и обратно.
- Да помылся я уже. И все? Как я на эти копеечки жить буду? – Я прямо чуть не офона-рел от такой суммы, подскочив на табуретке метра на полтора. – Ты че мам, а на сельскую дискотеку? А на зубополезную жвачку, а бутылочку газировки в дорогу? А ….
- Знаю я твои дискотеки, жвачки и газировки! – В голосе у матери зазвенел металл. - У самого на уме одни сигаретки! И прочие гадости…
- Какие сигаретки? Ты что мам! – Я вытаращил глаза, сразу скорчив страдальческую физиономию. – Никотин вреден для здоровья и убивает на фиг лошадь одной каплей.
- Перестань паясничать. Такие – какие, а откуда у тебя зажигалка взялась? – Ехидным прокурорским голосом поинтересовалась мама. – Газовая между прочим…
- Какая? – Все…Труба….. Опять по карманам лазила.
- В кармане куртки.
- Ну-у-у…, во-первых, лазить по чужим карманам непедагогично, во-вторых, нашел на улице. Хотел папе подарить.
- А запах от куртки?
- Это ребята курили, а я тут причем? – Недоуменно пожал плечами, и попытался сохра-нить обиженное выражение лица. Срочно надо менять тему, пока еще что ни будь не припомнили до кучи. Им предкам, только дай воли выступить в роли обвинителя. Инте-ресно бы выяснить что она имела под прочим, но лучше в следующий раз. – А можно я возьму фотик?
- Какой фотик?
- Ну, фотоаппарат, природу типа поснимаю, деда.
- Опять жаргон. - Сморщилась досадливо мать. - Ну ладно, возьми.
- А денег на пленку дашь? – Не упуская временных уступок, законючил я. - Фотик без пленки, как трусы без резинки… Лишняя тяжесть.
- Какой ты приставучий… как репейник, ну хорошо, на это дам. Так, сумку я тебе сло-жила, вроде все положила, тьфу, с тобой уже в рифму заговорила, ну присядем на дорож-ку - Мама присела на табуретку, рядом со мной. - Веди себя прилично, не балуйся, воду пей кипяченую, из родника не пей – там вода холодная.
- Да знаю я мам, не маленький, давай помолчим. - Я закатил глаза, по пятнадцатому разу одно и тоже.
Вошел заспанный отец, потрепал меня по голове, погрозил строго пальцем, пожал руку и пошел досыпать. Классный у меня предок, не лезет как маман во все мои дела и карманы, дает глоток свободы. Если б не его дурацкая работа на скорой помощи и в ста-ционаре целыми сутками чуть ли не через день, мы бы с ним поехали к деду. Грибы, ры-балка, что еще надо для счастья? Оторвались бы по полной программе!
- Ну, что пойдем?
- Не стоит мам, не ходи провожать, я сам доеду.
- Я только до остановки.

На улице еще только разгорался рассвет, и после теплой квартиры было свежо. Подъехал пустой утренний автобус и попрощавшись с матерью, я наконец приобрел дол-гожданную волю. Пробок на улице не было, и по пустым улицам автобус мчался как уго-релый. Вообще-то я не люблю вставать в такую рань, но ради святого дела можно и по-терпеть. Позади десятый класс, впереди еще семьдесят дней каникул, в идиотские детско-пионерские лагеря в этом году я не еду – стар уже, почти шестнадцать лет. Две недели легко и в деревне пожить, сенокос еще не наступит, а ягоды созреют. Работы на огород-ных плантациях закончены, а в июле я буду загорать и купаться на море. Едва ли, но чем черт не шутит. Приеду загорелый, красивый, выйду из подъезда своего дома, а мимо Светка бледная и худая, а я пройду, небрежно качнув ей головой, типа – Привет рыба бледная! И поймет она дура набитая, такого классного парня упустила, будет рыдать но-чью в подушку и рвать на голове свои пышные кудри, а поезд-то ушел. Ту-ту!
На автовокзале жизнь била ключом с утра. Автобусы косяками подъезжали к пи-ронам, заглатывали сонных пассажиров и тяжелогруженые разъезжались по городам, по-селкам, весям, и прочим населенным пунктам нашей необъятной области. Пока не объя-вили посадку, я послонялся по киоскам, набрал всякой фигни, неужто меня дед матери-ально не поддержит? Тратить деньги - это класс, буду богатый, ох оторвусь за бесцельно прожитые годы! Не успел все истратить, как объявили посадку до конечной цели моего путешествия. Собрав ноги в руки, побежал на посадку.
Дяденьки и тетеньки необъятных размеров штурмом брали автобус, противная кон-дукторша, грудью необъятных размеров держала натиск, давая протиснуться в узкую дверь не более чем одному человеку с секунду. Прикинув примерное количество сидячих мест в автобусе, и умножив на скорость посадки оссажиров, я понял, что секунд через тридцать Фома, то есть я, переместиться на свое законное место в этой колымаге.
Обдав мое нежное обоняние гадкой смесью запаха пота и духов, контролерша про-пустила меня в душный салон. Итак, что мы имеем на соседнем сидении? А имеем мы бабку и судя по ее физиономии - иметь будет она, а я слушать и поддакивать. Старость надо не только уважать, но и внимательно слушать, разинув рот. Минуты через две, когда все расселись, поудобнее устроив свои седалища и перегородив весь проход своими бау-лами, автобус медленно отплыл от причала. Жаль помахать некому, и с моего места пей-зажа не видно, бабуся весь горизонт закрыла, ну и пусть. Вперед мой колесный фрегат!
Из меня бы, наверное, классный водитель вышел, переношу дорогу нормально. Не успели мы отъехать и пары кварталов от автовокзала, как ветеран пассажирского транс-порта задремала, не потрепав мои нервы разговорами, а я стал шарить глазами по автобу-су в поисках впечатлений, все равно делать нечего.
Удручающее, печальное зрелище – ни одной смазливой физиономии противоположно-го пола моего возраста! Хотя вот эта тетка ничего, старая правда, лет двадцать пять и кольцо на правой руке, логика подсказывает - замужем. Женщина, заметив, или почувст-вовав мой взгляд, повернула голову в мою сторону, но я быстренько стал изучать рисунок потолка нашей колымаги. А ноги у нее классные! Или просто юбка короткая? Полдороги я старательно делал вид, что не смотрю на ее гладкие ноги, а она старательно делала вид, что не замечает моих похотливых взглядов. В конце-концов, я чуть не приобрел косогла-зие и быть бы мне очередной жертвой эротики, но тут она вышла на остановке, у какой-то деревни. Я погрузился в приятные воспоминания о ее ножках, потом переключился на воспоминания о проклятых Светкиных ходялях, и незаметно для себя задремал.
Проснулся от какого-то внутреннего толчка, и открыв мгновенно глаза увидел, что толчок был не внутренний, а очень даже наружный, видимо в дорожную яму влетели, а я парю как страус, над пассажирским сидением. Пребольно стукнувшись о потолок (все ж рост метр восемьдесят и говорят все еще росту) в полете заметил, что подъезжаем к моей остановке. Потирая макушку и вознося благодарность к всевышнему, за своевремен-ную побудку, пошел к выходу. Я давно заметил, что наверное есть у меня связь с небес-ной канцелярией, но уж больно иногда не аккуратно действуют ее чиновники…

ПРИЕХАЛИ….

Автобус остановился, прошипел открываемыми дверьми, выпуская меня наружу, фыркнул напоследок копотью, обдав меня своими миазмами и скрылся за поворотом до-роги. Здрастье, я примчался! Принимайте гостя дорогого... Торжественной встречи не заметил, вернее совсем никого не заметил. Только какая-то рыжая собачонка, оторвав-шись от своего случайного завтрака, бросила на меня настороженный взгляд и на всякий случай перенесла свою добычу подальше от незнакомца.
Блин, а дед где? Он, что? Время перепутал, или вообще забыл что приезжает его лю-бимый внук? Вот стою я, один на дороге - как там дальше-то слова были? – никому не нужный совсем – так вроде бы… А дорогу-то к деду я и не помню. А деньги-то я издер-жал – клоун. Дед заболел? Черт возьми! Что делать? Не зря наш великий классик задавал-ся этим философским вопросом, очевидно его тоже кто-то забыл встретить. А сразу об-ратно уехать? Через час автобус вернется, попрошу слезно дяденьку-водителя, подки-нуть сиротку до города бесплатно. Ага, такого верзилу и на халяву, бесплатно! Как гово-рит наша учительница по физике – на таких оболтусах, пахать надо. Тут что-то меня уда-рило по моей многострадальной макушке и упало к ногам. Нагнувшись, я обнаружил ело-вую шишку, но машинально поглядев вверх, никаких веток с шишками и деревьев с иголками я не заметил, странно – загадка природы какая-то, феномен.
- Эй! Тормоз! Приехали! Фома! – Я обернулся на знакомый голос. Опять разыграли как пацана!
- Дед, что за детские шуточки! Я тут уж и не знаю, что и подумать! - Мы обнялись с де-дулей. Я весь в него как овца Долли в Англии, только естественным способом, а не через пробирку. Гены – Мендель- Наука!
- А я гляжу, как баран стоишь, озираешься, – Дед засмеялся, похлопав меня от души по спине, то ли выбивая пыль, то ли радуясь розыгрышу. – Глазками хлопаешь, пережива-ешь…
- Ничего не как баран, я тебя давно заметил.
- Конечно, рассказывай.
- Честно. Век воли не видать. Дай, думаю, подыграю, повеселю дедушку. – Я растерян-но оглянулся по сторонам пытаясь заметить дедулин автомобиль. - А ты что, без маши-ны? Сломалась?
- Сцепление барахлит, стал перебирать, но не успел. Пойдем пешочком, как туристы, давай сумку Фома.
- Я сам понесу. – Гордо отказался я и взвалив сумку на плечо, мы двинулись в путь.
- Смотрю - возмужал, скоро по росту и меня перегонишь. Как там родители, внучок мой младшенький?
- Родители нормально, Федька в лагере, на первую смену. А у тебя что хорошего?
- Все по старому, хозяйство - пчелки, козы, огород…
Дорога шла через холмы, виляя по лесу. Видимо на днях прошел хороший дождь, и ноги скользили по глине, как на ледовом катке. Это в городе по асфальту пять километ-ров на трамвае быстро, а здесь кроме свежего воздуха, природы и комаров, никакой циви-лизации. Дед шел легко и привычно. Для своих пятидесяти семи лет он выглядел даже очень ого-го. Поджарый, жилистый, быстрый и бородатый. В камуфляжной форме и бейс-болке защитного цвета, он был похож на старого американского рейнджера, или партиза-на на тропе войны. Пока я обливался потом под своим непосильным грузом, он успевал заглядывать под кусты, в поисках грибов, иногда пропадая из вида. Взобравшись на оче-редной холм, я без сил присел на какой-то пенек, изображая любование пейзажем, а про-шли едва ли треть пути. Такими темпами и погибну здесь в расцвете сил.
- Ты что, устал? – Спросил внезапно появившийся дед.
- Да нет, пейзажем решил типа полюбоваться. – Запротестовал я, восхищенно оглядывая близстоящие кусты. - Очень места красивые. Природа. Погода. Полный отстой.
- Да, красиво. – Согласился дед. - Ничего сейчас сделаем крючок небольшой, там вооб-ще вид шикарный.
- А сколько это в километрах – твой небольшой крючок?
- Да километра два, два с половиной.
Ну, уж фиг, я тогда совсем помру. Издевается дед, это у нас наследственное – по-прикалываться.
- В следующий раз - непременно. – Отрезал я и встав на дрожащие ноги, посмотрел на часы, десять тридцать пять, такими темпами еще минут сорок по жаре, обязан дожить. Поперлись дальше.
- Ничего, немного осталось, вон, уж елку, нашу знаменитую, видно.
- Где? – я вытянул голову в сторону деревни и правда, торчит родимая дылда. – Ни фига себе как ее далеко видно! Это ж еще километра три с гаком будет! Да, дед?
- Примерно столько.
Наконец вдали показалась и сама деревня. Вот моя деревня, вот мой дом родной, вот скачусь сейчас с бугра, будет рада детвора. Я вообще поэт такой парафразист, или прико-лист, короче, если б не разнообразные прочие увлечения, стал бы Пушкиным, нет скорее Крыловым, или Барковым. Ха-Ха. Как - то ребята давали почитать…. Нет, такая слава нам не нужна.
Деревня называется Зеленовка. Когда-то в ней было дворов пятьдесят, но еще при советской власти – оказывается и такая власть у нас была, она опустела, говорят предки, была признана неперспективной. Сейчас в деревне жили только три аборигена – мой дед-партизан, да парочка бабулек глубоко за пенсионного возраста. Ну, еще летом приезжали дачники-садисты, семьи три – четыре. Может ее назвали неперспективной, потому что добраться на машине до нее можно было только летом и то, когда сухо а в прочее время только ножками. Или вертолётом можно... ля-ля-ля…, а олени лучше!
Донеслось далекое блеяние, из-за кустов вылетело небольшое стадо коз и ринулось к нам.
- Ну, как Фома, тебе мои кони? – Гордо спросил дед.
- Какие ж это кони?
- Ты что, анекдота не знаешь?
- Какого?
- Бегут ежики строем, впереди самый большой, он влево и они влево, он остановится и они стоят, галопом, рысью – все команды повторяют. Наконец, главный останавливается и гордо спрашивает – Ну чем мы не кони ?!
- Ха-ха, смешно. – Судя по тому, как неслось это стадо, мне что то стало не очень весе-ло.
- А они нас не затопчут? – Спросил я, на всякий случай отступая за широкую спину де-да.
- Да ты что затопчут, – Дед снисходительно хмыкнул. - Загрызут, если команда будет.
Стадо – три козы с козлом и пять козлят, домчалось до своего кормильца и начало весело помахивая рогами, ушами и хвостами ластиться к дедуле, подставляя бока и мор-ды для его рук, совсем как собаки, то же с ошейниками. На меня они старались не обра-щать внимания, видимо из уважения к своему хозяину, я отвечал им тем же. Я их конеч-но, не боюсь, но как-то выражения их глаз с вертикальным зрачком, и уж больно длинные рога не очень вызывают симпатию, тем более что один козленок судя по его задумчивому виду, решал в данный момент, куда меня лучше боднуть по ноге, или выше.
- Ты с ними понаглей, они лишь силу уважают.
- Как новые русские?
- Да, наподобие. Только порядочнее, не козлят как они.
Под жизнерадостное блеяние козлиных церберов мы дошли до дедулиного дома. Хатка не изменилась, только на крыше появилась какая то сложная проволочная конст-рукция, по-видимому, новая антенна. Дет у меня всю жизнь прослужил в радиотехниче-ских войсках, если есть такие, был что-то типа связиста. По крайней мере на петлицах у него эмблемы связиста и в свободное от натурального хозяйства время, любит создавать из подручных материалов всяческие приемопередаточные устройства. Руки у него росли откуда надо – это у нас фамильное, плюс светлая голова, у деда правда уже седая. Доста-точно редкое сочетание мозгов и золотых ручек, к коим не без гордости отношу и себя любимого. Себя не похвалишь, никто и не заметит…
Закончить десятый класс с одной тройкой по русскому, я считаю, что это неплохой показатель для молодого человека имеющего кучу других дел и увлечений, не связанных со средней школой. Войдя в дом мы разбежались по своим делам.
- Кушать будешь? – Спросил дед, когда я справив свои естественные надобности, вошел в горницу.
- Конечно. – И повалился раненным на диван. Дом у дедули на двух хозяев, другая поло-вина дома принадлежала какому-то его армейскому товарищу, дослуживающему свой срок где-то в столице. Соседей и не видел никогда, полдома всегда пустовало. Я на той стороне не разу не был, дед не разрешает, как не просил.
А так у деда все есть, комнатушка небольшая, метров двадцать квадратных, вместе с печкой. Печь большая – русская, с полатями. Закуток для кухни, стол круглый – одно-годок деда, диван, шкаф, телик и верстак с радиодеталями. Даже компьютер, но нерабо-тающий, дед его второй год что-то ремонтирует, паяет. Грозится когда ни будь отремон-тировать и подарить нам с братом. Фигу Федьке, маленький еще. Дело продвигается ну очень медленно, я конечно в ремонте и внутренностях аппаратуры ничего не понимаю, но мне кажется, что проще выкинуть и новый купить, чем отремонтировать. Оба-на! А у деда на стене радиотелефон!
- Ничего себе! – У меня даже усталость почти пропала. – Дед, а зачем тебе радиотеле-фон?
- Как зачем? Видел на крыше антенну? Чуть мал-мала усовершенствовал и теперь могу за километр с трубкой уходить. Как с сотовым телефоном. Сигнал берет хорошо, если кто звонит – слышимость прекрасная. Ну и дом под охраной.
- Да? А как это? Дедуля, там мама гостинцев наложила доставай.
- Сам достанешь. Ты насчет охраны дома? Кое - что усовершенствовал, соединил сигна-лизацию машины и телефон, плюс ревун.
- В смысле авто сигнализацию с «Нивы»?
- Ага – Пока мы говорили дед быстро накрывал на стол. – Добавил пару электронных блоков, поставил в доме и ограде. Два режима, при первом – начинает тихонько пищать, а если в дом кто заходит включается ревун, ребята из Гражданской Обороны подарили – мертвого поднимает. На остановке автобусной слышно. Естественно пара пулеметов от-крывает огонь на поражение.
Насчет пулеметов это он наверное загнул, хотя черт его знает, тертый калач, всего и не расскажет.
- Сейчас почему трубку не взял, когда меня ходил встречать? – с ехидцей спросил я.
- Честно сказать?
- Побожись.
- Забыл. - Дед рассмеялся, хотя смех был невесел. – Склероз блин проклятый, начинаю временами все забывать. Ну и черт с ним, прошу к столу.
- Ой, дед извини. – Я бросился к сумке доставая родительские презенты. – Тебе подарок. С прошедшим днем рождения! Счастья тебе, здоровья, творческих успехов, и мамуля про-сила добавить лично от себя, – жениться тебе в новом учебном году. Бред конечно, но что сказала то и передаю.
- Сейчас пообедаем и пойдем.
- Куда? – Не понял я.
- Жениться. - Невозмутимо ответил дед. Он развернул сверток и извлек бритвенные принадлежности известной фирмы с всякими лосьонами и кремами после бритья. – Спа-сибо за подарок.
- Вот побреемся и пойдем. – Эх, предки, придумали подарок, на фига ему в лесу эти прибамбасы? – Только сначала выпьем да закусим. Тебе родители разрешают алкоголь принимать?
- Ну-у…- Я для солидности приосанился, надувая щеки. Хотя если б мать узнала, чем дед угощает своего внука, прибежала бы из города и вытрясла из нас обоих души, ну и все ос-тальное за одним.
- Ерунда. - Дед все понял. - За встречу по глоточку с устатку святое дело. Моего медо-вого винца или пива по стаканчику?
Того и другого, и побольше, побольше! Но вслух такого не скажешь, не поймут. Бу-дем изображать скромность. А на столе парил горячий борщ, салатики из овощей свежих, и колбаска кружочками копчененькая, хлеб свежевыпеченный, кстати, дед печь хлеб научился что ли? Надо будет спросить, тут же солености, и сковорода жареной козляти-ны.
- Вина. – Констатировал дед. Мы рассмеялись, он разлил вино по малюсеньким стопоч-кам.
- За встречу внук! – Винишко так себе, градусов десять и то с натяжкой, пивали мы и крепче, раза в два.
Мать у нас умеет готовить, но ей вечно некогда. Питаемся мы поэтому, исходя из принципа «Сытно» – вчерашние супы, разогретыми пюре, кашами с жареными колбасами и яйцами. Бывают и светлые дни для наших желудков при наличии у мамы времени денег, или праздников. Но увы, количество праздников, времени и денег у родителей часто не совпадают с нашими аппетитами.
Тяжело отдуваясь я отпал от стола, все что можно попробовал, стальное надкусал - шутка. Десерт остался непобежденным. Ничего страшного - конкурентов нет, пусть живет до вечера.
- Пошли прогуляемся? Хозяйством похвастаюсь. – Дед выскочил из-за стола как моло-дой, прикрыв остатки еды газетой.
- Может, отдохнем? - Жалобно спросил я, с тоской поглядывая на диван с подушечками и одеялом.
- Пошли-пошли, потом наваляешься, покажу тебе хозяйство. Фронт работ на время тво-ей побывки в распоряжении моей части. - Шутник неугомонный, дедуля.
- О-О-О… - тяжело вздохнув поднялся и поперся за дедом.
Солнце вошло в зенит и жарило оттуда как сумасшедшее. Градусов под тридцать. Кроме придурошных пчел на улице никого не было. Все прятались под навесами, куста-ми, деревьями. Дураков нет, солнечный удар получить. Даже мухи перегревшись на солн-це, жужжали лишь в конюшне, спрятавшись в прохладе. Пчелки предположив что я нек-тарный цветок, заносились вокруг меня стремительными кругами.
- Ты руками не маши, они тебя и не ужалят.
- Только покусают и погрызут. – Докончил я фразу за деда.
- Не переживай. – Успокоил дед. - Здесь они мало летают, пастись им негде. Пошли на пасеку?
- Не…, пчелок я уже вижу.
- А запруду на ручье?
- Туда пойдем.
Позади дома был глубокий лог, заросший лесом, с маленькой речушкой, пробегаю-щей меж поваленных деревьев и замшелых камней. Спустившись вниз по лесенке, мы подошли к запруде – плотине из больших камней и окаменевших деревьев.
- Мимо меня в прошлом году монахи проходили с крестным ходом, совершали хадж до монастыря местного, заодним мне и родничок окрестили. Теперь пью освященную воду. – Похвастался дедуля. – Хочешь попробовать?
- Наливай. – Он подошел к крутому обрыву, из которого торчала труба с вытекающей оттуда водой. На приступочке лежал ковшик. Нацедив воды, протянул мне. Вода была ле-дяная, впору продукты замораживать, но по настоящему вкусная, как минеральная.
- Вечером в баню воды наберем в баню, сходим попаримся.
- Опять ведрами носить? – ужаснулся я, представив количество ведер поднятых на-гора.
- Нет, насос есть. – Слава богу! Только и баню я бы игнорировал. Не люблю париться. Но если пиво нальют, то пойду. Через термы к пиву! Классно сказал.
Запруда была уже высокая, с пол – метра высотой.
- А весной не смывает плотину?
- Камнями укрепляю, пока держит.
- А камни где берешь?
- Там чуть ниже берег подмытый, да со дна речки булыжник.
Свет пробираясь через редкую листву играл зайчиками на чистой воде, пронзая до самого дна.
- Тут у меня и хариусы живут.
- Серьезно?
- Базар-вокзал. Смотри вон туда, видишь? - Приглядевшись, заметил стремительно про-мелькнувшую тень.
- Ух, ты! И ловить можно?
- А что с рыбой делать? – Пожал плечами дед. - Лови да ешь. Прикормил на кашу, скоро и нереститься начнут.
- Да дедуля, мало тебе сухопутной и военно-воздушной живности, еще и подводное ста-до завел.
- Все свое, все сам, так сказать на полном своем довольствии.
- Как подводка в автономном походе.
- Мудр, весь в меня. – И хлопнув в знак одобрения по плечу, стал выбираться из лога.
- Здесь у меня огурчики, хочешь? Зря. Там помидорчики, а тут – он присел у куста вик-тории – ягоды. - И найдя здоровенную ягодищу, покрасневшую с одного края, кинул мне. – Еще малинка, смородинка, капусточка, а картошку завтра пойдем окучивать.
- У-у-у…
- Дровишки пилить, косить.
- Вот косить я умею.
- Не в том смысле какой вкладываешь, а травку косить.
- Ты дед не заливай, какой сенокос в июне.
- Ладно-ладно пошутил. Но твоей физподготовкой надо бы заняться. Начнем готовить из тебя молодое пополнение для нашей доблестной Российской Армии. – Он взял меня за плечо. – Уя! – хваточка у пенсионера железная, и не подумаешь, что бывший связист. Чуть плечо не отнялось, мышца слабо трепыхнувшись прилипла к костям. Дед с вооду-шевлением продолжил. - Упор – лежа, перекладина, марш-броски ночные. Будем при-учать к романтике армейской жизни. Тебе очень понравиться!
- Ну, уж нет, тогда лучше косить травку. Хоть я к тебе приехал после изнурительных тяжелых экзаменов по пяти предметам, тяжелого учебного года, тяжелой личной жизни, тяжелых общественных обязанностей, из неблагополучной в экологическом смысле среды обитания - Начал перечислять я, но получил подзатыльник, правда шуточный, если б на-стоящий – погиб бы на месте. Мы рассмеялись.
- Пошли чай попьем и на фиесту.
- А пиво?
- Сам знаешь, что будет криво. После бани, если заслужишь.
Нахлебавшись чаю, так что еще чуть-чуть и он бы стал выплескиваться из ушей, я поплелся на сеновал и упал в свежее сено. Значит правда - будем косить, подумал я и от-ключился.
Разбудила меня тишина. В городе тоже бывает тихо. Часа в четыре утра и то слыш-но что ни будь. То раннюю машину, скрип соседей на кровати, вода из крана. Где ты Све-тик сейчас, что делаешь, вспоминаешь ли меня? Да нет конечно, уехал и из сердца вон. От прогретой крыши на сеновале было жарко. Потянувшись во все стороны света, рукой на-щупал тряпку. Поднес к глазам. Оказалась косынкой, простенькой, но еще с запахом ду-хов. Странно, откуда у деда эта штучка? А время то еще только пять часов. Нет, в деревне время идет абсолютно по-другому. Уже кажется, что неделю здесь живу. А еще дня не прожил. Зато выспался, как сутки проспал. Захватив находку спустился в дом. Дед отсут-ствовал. Включил телевизор. Показывало лишь три программы и по всем мыльные сериа-лы – радость дебила. Выключил. О! У меня же плеер есть. Классный приемник - с радио-волнами FM. Включил, но кроме шуршания по всем диапазонам тишина. Зашибись, а как я буду музыку слушать? А в ответ тишина. Хлопнула дверь, вошел дед.
- Дед, а что у тебя УКВ не берет?
- Антенна низко, выше надо метров на десять. Что б лес не закрывал. Да мне хватает и трех программ. За день так набегаешься, новости посмотреть сил хватает и все.
- Жаль.
- Займись конструированием, чем смогу помогу. Ну-ка, ну-ка, внучёк, ты где этот пла-ток нашел? – Дед заметив косынку, сразу отвел глаза.
- На сеновале валялась. – Невинно ответил я, наблюдая за реакцией дедуси, как выкру-чиваться будет из щекотливого положения. Старый отшельник, понимаешь.
- А я где только не искал свою эээ …. бандану. Ищу, ищу, найти нигде не могу, вот спа-сибо, совсем склероз замучил. – Засуетился дед. – Чаю хочешь?
Ну-ну, пой мне песни, рассказывай. А духи тоже потерял? Темнит дед, ох темнит. Ну а с другой стороны, мужчина в полном расцвете сил, даже шестидесяти нет, после смерти бабушки, четвертый год один. Но с кем? Пенсионерки? Нет, не может быть. Мо-жет, кто ходит с центральной деревенской усадьбы? Интересно. Надо бы выяснить.
- Давай попьем. –Согласился я.
- С медом?
- Не, не хочу. С ягодами.
- Иди собирай.
- А сгущенка есть?
- Завтра. А сейчас за ягодами.
- Емкость дай. – Дед протянул мне ведро.
- Ведро ягод что ли собирать?
- Огурцов с помидорами.
Зазвонил телефон. Дед взял трубку.
- Да. Так точно. Нет, не могу. Попозднее перезвоню, – кинул взгляд на часы – в семна-дцать тридцать. Да-да. Есть.
- Ты как рапорт отдал.
- Какой рапорт, я на пенсии, - он засмеялся, и протянул мне взятую со стола стеклянную банку, – а сюда ягоды, только побыстрей.
Пришлась идти в огород. Где это у нас здесь огурчики? Помидорчики? К вечеру жужжащие террористы потеряли всякий стыд. А вдруг я такой сладкий мужчинка? Или как мухи на …? Сорвав лопух, стал решительно обороняться, не прекращая собирать дары земли.
- Здравствуйте. – Я, вздрогнув, обернулся на голос. Позади стояла метелка! В смысле девушка. Й-е-с!
- Здрастьте. – Неразборчиво пробормотал я, пытаясь приветливо улыбаться и не слиш-ком пялится на девушку.
- Вы внук Федора Фектисовича? – Господи кто такой? А! Балда! Голову от женских чар теряю - это ж дед мой! Судорожно кивнул. - Ага.
- Вы очень на своего дедушку похожи, – она кокетливо улыбнулась, – а как вас зовут?
- Фома.
- Как романтично. А меня Лариса. – Девушка коротко тряхнула головой. Челка упала на лоб. - Очень приятно было познакомиться.
- Ага, мне тоже. - Ух ты! Финиш! Отпад! Я весь тащусь от вас! В моем вкусе -Блондинка, наверное спортсменка судя по фигуре! У-уууу!
- А мы ваши новые соседи. Мы вон там… – И ручкой направление показывает. А ручки! А ножки! А ….. О-ООО! – На том конце деревни. – Лариса я ваш навеки! – С мужем. – Тьфу дура! Но вида не подадим.
- Ага, мне тоже приятно было познакомиться.
- Вы надолго? – Судорожно киваю. – А мы еще с недельку побудем. Не буду вас отвле-кать от работы. Заходите в гости. До свидания.
- Ага. До свидания. – Уже вслед уплывающей мечте. Карма. Нет – харизма. Идиот - идиотом. Точно тормоз, не зря тебя Фома девочки не любят. Минут пять стоял в простра-ции, наблюдая за удаляющейся фигурой. Муха еще на лоб норовит сесть. Я отмахнулся не глядя, и тут же был наказан за это. Страшнейшая боль пронзила голову. Я заорал как недорезанный, бросив все на грядки, схватился за лоб. Пчелы сволочи! Все ж ужалили скоты! Хищники полосатые! Мгновенно набухшая опухоль поползла на глаз. Вот тебе и отдохнул блин!
- Что случилось Фома? Ну-ка покажи, – подбежавший дед отодрал мою руку от лба. - Главное жало убрать. Стой не дергайся! Что орешь?! Терпи! – боль стала невыносимой – ну вот все. Сейчас аспиринчику дадим, и на лоб что ни будь холодненькое.
- Дед, как достали твои стервятники! Загонял бы их что ли, на время моего выхода на улицу.
- Ничего, зато полезно.
- Чего полезного? Теперь на улицу не высунешься. Народ засмеет.
- Шрамы украшают мужчину.
- Еще рога, украшают.
- Ну, до рогов тебе далеко. Пока не женишься.
- Спасибо за пожелание.
Зайдя домой, я первым делом подошел к зеркалу. Физиономию перекосило как у Квазимоды. Только в гости и ходить. Все из-за нее, Лариски. Растаял как дурак, мало того, что и двух слов связать не смог, еще и заполучил от души. Интересно за неделю пройдет? Фиг.
- Да не расстраивайся, до свадьбы заживет.
- Ага, блямбу сменю потом на рога.
- На, лед приложи, - дед протянул кулек с льдом.
Голова разболелась. Холод чуть снял боль. Лег на диван, ногами упершись в под-локотник, пропиликала радиоточка, бодрый голос диктора начал рассказывать последние кошмары в мире. Что - то там подорвали в Америке, затонуло в Атлантике и голодало в Африке. Короче жизнь кипит, лишь меня ударила по голове. Почему человека тянет на философию когда ему плохо?
- На, подкрепись - зашедший дед протянул банку с ягодами. Настроение это не подняло и потенция жизненная осталась на нуле, но проснулся зверский аппетит. Наверное яд про-должал действовать. Если хочу есть, значит жить буду. Зазвенел телефон. Дед взял трубку.
- Привет. Да. Спасибо за подарок. Встретил. Конечно. Сейчас дам трубку. На, мать зво-нит.
- Привет.
- Как ты там? Все хорошо?
- Замечательно.
- А почему не в настроении?
- Да нет, все нормально, проснулся недавно.
- Раздетый не бегай, вечера холодные, а днем что ни будь на голову одевай. Кепочка в сумке.
- Да конечно. Папа на работе?
- На дежурстве. Воду только кипяченую пей.
- Ага.
- Ну пока, не буду долго говорить, а то по междугородная связь дорогая. Я завтра, или послезавтра позвоню. Дедушку еще к телефону позови.
- Дед тебя еще мама. – Дед взял трубку.
- Да. Конечно. Все нормально. Хорошо пропарю. Вода кипяченая? Есть конечно. Да-да. Естественно. – Ну все, попал дед на инструктаж.
- Ладно. Естественно. Нет вопросов. Конечно. Ну, все. Ага. Конечно- конечно. Ну ладно. Пока. Ага. Привет Фролу. Ну, давай. Жду. Пока. Целую. – Он положил трубку на место.
- Дед я давно хочу спросить. Почему у нас у всех по мужской линии имена начинаются на букву Ф?
- Ну-у…- протянул дед задумавшись - как тебе сказать. Примета такая что ли в нашем роду есть, легенда. И вообще это тема отдельного разговора. Как ни будь, расскажу. А сейчас за стол. Быстренько перекусим и баню начнем готовить. Давно не парился?
- Да я и сейчас не горю желанием.
- Надо. Мать сказала выпарить из тебя всю грязь и болячки. – Значит не отстанет пока своего не добьется.
Заморив червячка, (интересно кто такое выражение придумал, наверное какой ни будь врач – глистолог), мы с дедом занялись делами. Он видимо, таким способом решил отвлечь от тяжких дум своего внука. Своеобразное у него понимание психологических проблем личности в период становления и адаптации в новом психофизическом микро-климате. Ну и сказал. Таскать дрова для бани и наливать воду из родника по бочкам, с по-мощью насосов, было очень весело. Ха-ха. Бегать от родника до бочек, что бы вовремя включить насос, потом выключить, что бы не перелилось, и наоборот. Видимо ужалив один раз пчелы стали принимать меня за своего, или у них к вечеру трудовая активность упала – полетай-ка целый день за медом. Короче часам к девяти мы разошлись – пчелы по ульям, а мы с дедом в баню. Лучше бы они меня насмерть закусали сегодня, чем один раз, с дедом, в баню сходить.
Так как затащить на полог дед меня не смог, не хватило сил, то хлестал меня вени-ками прямо на полу бани. Но и внизу у меня сворачивались уши в трубочку, от неперено-симой жары. Что творилось на пологе, я и представить не мог. Но дед только кряхтел да охал, мне показалось - от удовольствия, лупя веником поочередно нас обеих.
Нет, только душ, или ванна, в крайнем случае, сауна с бассейном, меня прельщают, а эти национальные забавы не для моей тонкой натуры.
- Пошли освежимся? – поинтересовался дед.
- Куда угодно, только наружу из этого ада! - И ползком наружу. Счастье есть! Оно не может не есть!
- Нырнем?
- Куда? Сюда? Прямо в бочку?
- Конечно! – Я, сдуру согласился, опять потеряв бдительность. Подумал что это бассейн. Кретин! А дед еще тот садист, в бочке меня притопил на десяток секунд под водой. Пол-ный улет! Повторив еще один разик процедуру с паркой и поркой веником, вытащил мой обваренный труп в предбанник, дал стаканчик пива и ушел допариваться. Пива я конеч-но не люблю, – пару раз попробовал, гадость отменная, лучше бутылочка газировки. Но холодное! Светлое! О-о-о!
Красное в белом – что это дети? Правильно. Это я. Сил не было никаких и посидев минут пять, с трудом полез к себе на сеновал. Упал на матрац боец молодой, не шевеля своей задней ногой. Еще семь дней такого отдыха и…, и забылся мертвым сном.
Ночью кто-то гавкал, блеял, сверчок - паразит, выводил свои задушевные рулады, скрипя коленками, в придачу звенели комары. Я пытался отбиваться, не помню точно... Снились кошмары. Грудь топтали вурдалаки, я где-то бегал, спасаясь от упырей. Проснул-ся часов в десять. Комары всю кровь недопили – оставили на завтра.
Ученые считают, что пьют кровь одни самки, а сами комарики - безобиднейшие вегетарианцы и за свою короткую жизнь питаются только нектаром и соком цветочков. Неправда, брешут они все. У деда на, сеновале кровососущие устраивают ночные оргии. Мало того, после вчерашнего укуса пчелы глаз почти закрылся набухшей блямбой, так еще и все мое тело украсили рас чесы и волдыри на всех открытых и закрытых участках тела. Сопротивлялся до последнего, но схватку проиграл. А это я еще себя в зеркале не видел. Вставать не хотелось. Попытался уснуть, знающие засони говорят - утренние сны самые сладкие. Брешут. Что ни будь приятное, не представлялось, снова пошел сериал кошмаров, лишь расстроился окончательно. Спать на новом месте не люблю, привыкаю долго. Вот если б дома…. Да никого нет… Часов бы до двух валялся в постели с книжкой, приемник на всю мощь. Фантастика!
Кряхтя и постанывая, еще и почесываясь, и поеживаясь, спустился на бренную зем-лю. Кстати, почему так говорят? Что за слово – брен? Какая только гадость не лезет в го-лову по утрам. Ужас! Вышел со двора на улицу, зевая во все зубы. А одним глазом смот-реть хуже – пришла в голову оригинальная мудрая мысль. Мудрая, простая как кирпич – одна ничего не значит, а много, можно и дом построить, кирпичный. Крыша будет, если не снесёт...
Со стороны Елки показался дед. Даже на расстоянии, Елка была огромной, хотя до нее до дома было метров триста. Елка, – какая то странная прихоть природы. Елка – пере-росток. В прошлом году с братом обмеряли, в пять обхватов! Это ж, сколько в метрах? Полтора на пять…. Семь с половиной метров по периметру! Ничего себе елка новогодняя! Пока я занимался математическими выкладками, – хлопнула калитка, пришел дед. Увидев меня, он оторопел, челюсть упала на грудь. Видимо такое печальное зрелище я на него произвел. Оцепенение длилось не долго, и дед затрясся в истерическом смехе.
- Грешно смеяться на больными и убогими. – Укоризненно качая головой сказал я и по-плотней укутался простыней. С волос скатился клок сена, чем вызвал новую волну исте-рического гогота.
- Один день у тебя побыл, а лечения уже на неделю
- А ты, – задыхаясь от смеха, спросил дед - себя в зеркало видел?
- Нет. Но думаю что ничего такого веселого, я там не увижу. - Гордо зыркнул на деда, последним здоровым глазом.
- А я тебе молочка принес, парного. Прямо из-под коровы. Поэтому и долго ходил, к соседям зайдёшь, пока за жизнь, за хозяйство поговоришь...
- На примочки, или внутримышечно?
- Нет, внутрижелудочно.
- Вместо клизмы что ли?
- Почему?
- Я уж тебе сто раз говорил. Стул мягкий у меня от деревенского молока.
- Какой стул?
- Дрисня , по-русски. Слаб я на парное молоко.
- Ну тогда кофе, или чаю с молоком. Надеюсь в небольшом количестве не пронесет?
- Вот это… Извини… – К нашему дому подходила Лариса с парнем, логика подсказала - ее муж. Поэтому пришлось срочно ретироваться проинструктировав деда. – Если что, я сплю.
Отдав приказ деду и сбежал позорно в дом. Только их мне еще не хватало. Показаться в таком виде – ни за что! Теперь в другом виде меня и не увидят до следующего приезда. Раньше физиономия не пройдет.
Мучаясь любопытством, тихонечко выглянул из-за оконной занавески. Молодоже-ны о чем-то оживленно беседовали с дедом. Обо мне, о ком еще? Болтайте, болтайте – но все равно, не покажусь в изуродованном виде. Надо бы в зеркало поглядеться. Кстати, зачем дедуле большое зеркало? Что бы лучше видно было морщинки и седые волосы, на-зидательно прокомментировал внутренний голос. Из глубины зеркала на меня пялился побитый жизнью, изрядно потасканный и потоптанный Франкенштейн. Да… Комары от души побили и изгадили мою физиономию. На носу провели дискотеку, на щеках заку-сывали. А я во сне еще почесался и все расчесал. Кровавые полосы как у индейца на тро-пе войны. Все, ухожу в глубокое подполье. В монастырь, в отшельники. Прочь от народа в Афонские пещеры. Полный финиш. А если зеленкой намазать, хуже все равно не сделаю при опухшей физиономии, а прикольно - полные штаны. Урода прихорашивать - только портить. А что у нас с губой? – Оба на! Друг герпес пожаловал, завтра вылезет. Количест-во болячек растет в геометрической прогрессии, и начинает превосходить все мыслимые пределы. Пойду дальше подобными темпами, и меня из деревни в лучшем случае увезут в реанимацию, а в худшем на кладбище…
- Нормальная вода, нормальная! – передразнил я деда. Кто же после бани в бочке купа-ется? Простуда и выскочила. Ну и черт с ней. Достал из сумки темные очки. Нацепил на больной нос. Буду выглядеть как мистер Икс. Фальшиво, но зато громко я пропел. – Да я Шут. Я циркач, так что же! Пусть меня так зовут вельможи!
- Голос разрабатываешь? - Дед как всегда появился в комнате бесшумно. – Плачидо До-минго?
- Ага. Куруззо – Кукурозо. Что вы там так оживленно комментировали? Меня обсужда-ли?
- Да так. – Дед пожал плечами. - Обо всем помаленьку. А про тебя разговоров не вели. Как было приказано. Я сказал что ты спишь.
- Правильно. Для них я сплю всегда.
- За свой вид стыдно?
- А то нет? Краше в гроб кладут.
- Молодожены предлагают на днях организовать шашлычки.
- Да? Шашлычки я люблю… Только не сегодня, а завтра - послезавтра. Пусть хоть чуть-чуть подживет. - Мы сели за стол, подкрепиться чем бог послал. Послал он нам не-плохо.
- Ну что товарищ полковник, какие будут приказания? – Я тяжело отпал от стола. - Бу-дущий защитник родины готов к несению тяжелой службы. Но тяжести желательно не-большие.
- Отдыхай. Свободен на один часик. –Дед посмотрел на часы. - Произведи ригинсцини-ровку местности, разведку окрестностей. Потом в лес сходим, пару бревен принесем.
- Дед, а шляпа у тебя есть? Или панама.
- На шкафу посмотри. – Махнул дед в направлении шкафа. Тяжело выбравшись из-за стола, я пошел наводить шмон. Чего там только не напихано, какие-то бумаги, картонная коробка с лекарствами, обломки карандашей, старые перчатки... Фуражку одеть? Нет, лучше панаму военную и очки. Крутой рейджер. Так, края панамы вниз, очки на нос. Сойдет, не на Бродвее.
- Ну пока дедуля. Спасибо за питательный завтрак, пойду прогуляюсь. - На всякий слу-чай захватил плеер. И помахав деду выскочил на улицу. Погода стояла великолепная. Гу-ляй - не хочу. Куда ж сходить-то?
Пошел к Елке. Чем ближе к ней подходишь, тем больше удивляешься. Какая дура вымахала – мама дорогая. Загадка природы. Во-первых, стоят отдельно от леса, во-вторых, окружают ее березы почти по кругу. Как бы первая линия обороны. Березы уже старые, большие, но по сравнению с Елкой - так себе, молодняк. Салаги. А у самого под-ножия непроходимые заросли черемухи. Второй круг. И лишь у самого ствола метров за пять от него, вообще ничего не растет. Толстый- толстый слой сухих иголок. Как перина, ноги в него проваливаются по щиколотку. И громадный шатер из еловых веток над голо-вой. Нижняя ветка в метрах трех от земли. Пока пробрался до ствола, весь исцарапался о сухие сучки. Надо было не шорты, а брюки одевать с толстой рубахой. Подошел к стволу и обняв прижался к могучему стволу. Прислонил ухо. Если сосредоточиться, то можно услышать гул в стволе и еле заметную дрожь. Живая. У других деревьев я это никогда не чувствовал – палки с листьями. А тут живая, со своей судьбой. Рядом со мной упала большая шишка. Презент от нее. Радуется встрече.
- Спасибо Елка! Эй!!– голос завяз в ветвях.
Постояв еще минуты две, отошел от нее, задрав в голову вверх. Зеленая стена уходила до самого неба. Чуть закружилась голова. В прошлом году с братом пытались залезть на верхушку. Неделю отпаривались от смолы. Выше берез не залезли. Кстати о высоте… А если мне медный тонкий провод найти и забросить повыше, классная антен-на получиться. Вдруг у меня приемник на плеере заработает? Ребята мне привет переда-дут по радио, или Света захочет со мной помириться, и передаст музыкальное любовное послание. Так мол и так, прости Фома, я была не права, остаюсь твоей на веки. Только рукой это не получиться, добросить. Катапультой? Нет, не то. А если, что-то типа рогат-ки? Или лука? Только провод надо очень тонкий, резину - типа модельной, у деда кажется была. Ура, найдена цель жизни. Будет чем заниматься кроме крестьянского хозяйства. Буду музыку слушать под елкой и загорать. Никто не видит, никто не мешает. Красота. Побуду нудистом. Никто не поверит, что рядом с городом загорал, а за неделю и сгореть можно.
Возвратился домой по кромке леса, избегая открытых мест. Грибной сезон еще не наступил, но дожди были недавно, и парочку тощих синявок я нашел. Дед что-то масте-рил на лужайке перед домом, ремонтировал свой чудо трактор – мотоблок с прицепом. Подойдя поближе, убедился в своей правоте. Увидев меня, дед махнул в знак приветствия испачканной рукой.
- Нагулялся? Ключ во-он тот, дай пожалуйста.
- Да так, чуть-чуть. – Протянул деду ключ. - Прошелся так сказать по местам боевой сла-вы. Сломался?.
- Барахлит что-то, сейчас отрегулирую и поедем.
- Я за рулем?
- Посмотрим. Сходи переоденься. К Елке ходил?
- Проходил мимо.
- Ну и как, не изменилась?
- Что за год изменится. – Хмыкнул я. - Тут и через сотню лет, изменения небольшие произойдут. Деревянная Пирамида Хеопса.
- Ты прав. Елки не баобабы, но живут долго, если их не трогать. Брюки мои старые одень.
Я забежал в избу, натянул дедовские брюки, накинул старую брезентовую куртку, отпластал ножом колбасы с хлебом и соорудив бутерброд, вышел к деду. Дед уже за-кончил собирать двигатель и завинчивал последние болты.
- Дед, а дед, почему ты сюда именно приехал, а не в какую ни будь другую деревню, или город?
- Партия послала.
- Какая партия? Большевиков?
- Национал-социалистов. – Пошутил дед. - Не знаю я, так получилось. Хотел что б и от вас недалеко быть, но жить самостоятельно. Да и тоскливо мне без бабушки стало. Взял газету с объявлениями, ткнул пальцем, попал сюда. Приехал посмотрел, вроде понрави-лось. С вами в городе жить - тоска. Кисну на пенсии без работы.
- Ну летом понятно, тут жизнь кипит, пчелки-козы, а зимой? Тоска белая. Так и крыша съедет.
- В спячку впадаю.
- Ты же не медведь, всю зиму спать - опухнешь.
- Да дел хватает, не переживай. То у коз роды принимаю, то снег раскидываю с тропи-нок. В гости к соседкам хожу. Песни пою под баян.
- Как бывший премьер – министр?
- На подобии. Сам с собой в шахматы играю, компьютер ремонтирую – дед что-то дер-нул могучей ручкой и мотоблок завелся. - Не передумал за руль?
- Не…
- Садись. – Я сел, схватившись за ручки, как у мотоцикла только еще шире. Дед под свои габариты делал. - Представляешь процесс? Напомнить?
- Не забыл еще с прошлого года.
- Но напомнить не помешает. Здесь газ, тут переключатель скоростей.
- Еще и скорости есть?
- Да, две, но все равно больше двадцати километров в час не разгонишь.
- В умелых руках и лопата стреляет. А ты куда сядешь?
- В кузов, как дрова. – Дед забрался в прицеп и кряхтя уселся на дно. – Трогай шофер!
Я добавил газа и тихо тронулся с места. Трясло и на мягком сидении, амортизаторов и рессор конструкцией не предусмотрено. Не спасали полусдутые шины. Попытался разо-гнаться, но на этой колымаге это было бесполезно. Минут через десять объехав колхозное поле, прибыли на место. Куча спиленного сухостоя выглядела приличной. Закинув штук пять бревен помчались обратно. Работа была не сложная, но однообразная. Приехал – за-грузил, вернулся - разгрузил. Туда –сюда, обратно - тебе и мне приятно. Я бы быстрее все на руках перетаскал, чем трястись два часа подряд на мотоблоке. Наконец последние бревна оказались во дворе.
- Ну спасибо, ну помог старику. – Дед смахнул пот со лба. - Один, я бы целый день му-солился с этими дровами.
- Дед. Я у тебя в ящиках с инструментом пошарю?
- Шарь где хочешь, а что ищешь?
- Да так, фигню одну хочу попробовать сконструировать.
- Хорошо. – Дед посмотрел на часы. – Я сейчас на два часа отлучусь. Буду в четыре ча-са. Тогда и пообедаем. Идет? Не умрешь с голоду?
- Нет конечно. Иди. – Я попытался сделать таинственное выражение, (одним глазом не-удобно однако, второй лишь чуть приоткрылся) и шепотом поинтересовался. – Дела ка-кие-то? Полезные, или амурные?
- Военная тайна.
- Воевать пошел?
- Да нет, помочь соседу надо по хозяйству.
Дед, не переодеваясь ушел. А я полез в инструмент. Под инструментом подразумева-лись два ящика защитного цвета, размерами с лежачий двухкамерный холодильник, если такие существуют. Видимо дед маленько поучаствовал в конверсии, когда на пенсию уходил из армии.
Чего там только не было. Мотки проволоки и проводов разной длины и толщины, радиодетали, платы, болты, гайки. Короче все вперемешку и все что угодно. Я так думаю, ракету радиоуправляемую собрать из запчастей – элементарно, а пулемет - так совсем за-просто.
Быстренько нашел целый моток тонкого провода в прозрачной оболочке, метров сто пятьдесят. Какой-то специальный, но для антенны должен подойти. Теперь резину для рогатки. Это пришлось поискать, но нашлась и она. Классный жгут. Почему рогатку? Классика жанра. А при наличии хорошего ускорения, снаряд улетит метров на двести. Де-ревянное основание – сама рогатка, жгут пополам, в середину кусок кожи – ложе для за-пускаемого предмета с привязанным проводом.
Через час, конструкция была готова. Решил, не откладывая дело в долгий ящик, провести полевые испытания. Прихватив горсть болтов и гаек разного калибра вышел из ворот и столкнулся с бабулей опирающуюся на клюку. Соседка по деревне решила зайти по делу к дедуле.
Увидев человека с оружьем (рогатка вышла классная – большая!), в придачу с за-плывшим глазом и опухшей, расцарапанной физиономией, она что-то подумала, и это что-то было нехорошее. Потому что, торопливо поздоровавшись, быстро пошла от дома, поминутно озираясь на мою физию и забывая опираться на свою клюку. Сейчас по дерев-не пойдут слухи. Интересно, какого содержания? Дед садист издевается над своим внуком или наоборот, внук наркоман убивает родного дедушку? Вечером узнаем, дед расскажет.
Летательный аппарат – пусть будет эта гайка, прикинул на ладони, грамм на пятьде-сят был установлен на стартовый стол и после отчета времени: - Три, два, один, ноль – Пуск! Запущен в противоположном от дома направлении, под углом плюс сорок пять гра-дусов от линии горизонта. Метров за двести от стартовой площадки гайка совершила мяг-кую посадку в колхозном, а теперь кооперативном, или фермерском поле, хрен сейчас разберешь. Собственники часто меняются, не успевая дождаться урожая озимых…
Испытания прошли успешно, резина не порвалась, сама рогатка не сломалась, а я с чувством хорошо выполненного долга пошел готовить обед, попутно убрав все свои сле-ды бурной деятельности и спрятав рогатку от любопытных глаз.
Вымыл руки, и произвел ревизию в холодильнике. Решил, не мудрствуя лукаво при-готовить простой, но сытный обед, из одного блюда. Накромсал огурцов с помидорами в большую миску и залил все сметаной, предварительно посолив, и добавил зеленого лука – пусть пропитается соком. Начал жарить настоящую деревенскую глазунью. Не город-скую, из двух яиц и трех кружочков колбасы. А на сале, с десятком яиц, так что белка почти не видно – один желток. А колбаса – кусищами толстыми, что б сверху прожари-лась, а внутри сок дала. И хлеб не тощими кусочками как в школьной столовой – просве-чивает на солнце, а душевно, толстенными ломтями. Хорошо поработал – хорошо поел. Заслужил.
Посмотрел на часы. Без двух четыре часа. Поглядим на армейскую пунктуальность, сказал через два часа, значит через два часа и пришел. Стал накрывать стол. Хлопнула ка-литка.
- Ух ты! Ну порадовал старика! Ай молодца! – Только смог сказать дед войдя в хату и увидев накрытый стол. – Кудесник поварешки!
- Руки мыть и за стол. – Строго приказал я. Дед шутливо отсалютовал и ушел к руко-мойнику.
- А я думал приду, голодный, холодный, еще и готовить надо. Внучка кормить. – Про-должил дед, вытирая как все мужчины нашей славной семьи, влажные руки об штаны и подсаживаясь к столу. Мать жаль, не видит. А то все удивляется, откуда у нас такая при-вычка гадкая. Увидела бы, – поняла, что не я виноват, а гены дедовские.
Поели в молчании. Каждый был занят своими мыслями и своей тарелкой. Облизы-вать тарелки не стали, постеснялись друг друга. Ха-ха - Шутка. Каждый вымыл за собой сам.
- Чем сейчас займемся? Какие указания?
- Устал я что - то, пойду прилягу на часик, – сказал дед и от души зевнул. – А ты мо-жешь заняться пока чем хочешь. Часов в шесть в огород пойдем поливать, да ягоды заод-ним соберем. Лады?
- Вопросов нет, спи. - Помахав деду, я вышел из дома. Время как раз самое музыкаль-ное. Передают песни по заявкам. Будем ждать приветов, как соловьев летом.
Небо с одного края потемнело. Возможно где - то шел дождь. Как бы сюда не натя-нуло. В крайнем случае, пережду под Елкой. Огород поливать не надо будет. Работы меньше. Захватил свое творческое изделие, натянул панаму на нос, от любопытных глаз, взял покрывало и побрел к дереву.
Пока шел, поднялся ветер. Елка поскрипывала стволом и шумела ветвями. Подойдя ближе, приготовил орудие. Выбрав увесистую гаечку, привязал к ней конец провода. Что бы провод ни мешал лететь снаряду, на земле аккуратно сложил его кругами, как-то видел подобное в кино. Мысленно попросил Елку прощения за вторжение на ее территорию. Растянул на всю дурь резину рогатки, прицелился в верхушку и запустил гайку в свобод-ный полет. Получилось удачно, провод скрылся вместе с грузилом в верхушке Ели, раз-мотавшись почти до средины. Значит метров сорок-пятьдесят. А если антенну еще немно-го растянуть по горизонтали, ее площадь увеличиться. Выбрал ветвистую березу с края, метра на три залез на нее, подвязал к ветке, чтобы кто ненароком не зацепил, а свободный конец провода оттащил к Елке. Получился своеобразный треугольник. Максимально за-маскировал. Черт знает, может он дорогой какой, срежут грибники, а деду понадобится обратно. Поеду домой все раскручу обратно. Вышел поглядеть результаты своей работы. Уже в метре не видно. Классный провод, надо метра три домой забрать. В личном хозяй-стве все пригодиться.
Достал плеер вставил конец провода в гнездо, нацепил наушники и осторожно включил. Пошарил по диапазону. Наткнулся на радиостанцию. Родной город. Ура! Голо-ва!
Я опустился на хвою и облокотившись на ель, принялся шарить по эфиру. Передава-ли всякую чешую. Сразу нашел любимую волну. Конечно музыка на любителя, но мне нравится. Радиостанцию только начали раскручивать рекламой и поэтому музыка была разнообразнее, а диск жокей классный. Передавали послеобеденный репертуар. Что б ра-ботающие люди спокойно могли переварить свои завтраки и обеды, гнали что-то медлен-ное и тягучее как кисель. Сидеть под елкой не фонтан, иголки за шиворот сыплются, зато прохладно, почти как у речки и от поднявшегося ветра прикрывает. Начали посверкивать молнии. Закрыл глаза. Мысли витали где-то далеко-далеко, тихие и спокойные как в мор-ге. Устроился поудобнее на подстилке из прошлогодней хвое и замер в ожидании приве-тов друзей и подружек. Вдруг простит Светлана? Расслабиться и подремать? Ярко сверкнула молния, что ослепила глаза, через прикрытые веки сразу заложило уши от гро-хота грома. От разряда электричества меня выгнуло дугой. Идиот! Кто же во время грозы под высоким деревом прячется, да ещё громоотвод, из проволоки этой, на себя замкнул! Мелькнула тоскливая мысль, прежде чем потерял сознание и погрузился в беспамятство…
©  boji4apa
Объём: 1.3699 а.л.    Опубликовано: 22 10 2006    Рейтинг: 10.15    Просмотров: 2372    Голосов: 4    Раздел: Фантастика
«Черно-белое кино.»   Цикл:
Остальные публикации
«Вероятностная психофизика и космогенетика глазами любителя.»  
  Рекомендации: Холод*ок   Клубная оценка: Отлично
    Доминанта: Метасообщество Творчество (Произведения публикуются для детального разбора от читателей. Помните: здесь возможна жесткая критика.)
Добавить отзыв
найти23-10-2006 23:43 №1
найти
Самая чуткая
Группа: Passive
И возникает логичный вопрос - а что было дальше? :)
Классная история. Вот опять спать пора, а я зачиталась... :) Дедушка... Деревня... Класс! И всё так по-настоящему написано, так всё просто и жизненно... :)
i love your space
boji4apa27-10-2006 07:44 №2
boji4apa
Автор
Группа: Passive
А то...=) Я такой)))
Grishkova Tatiana (Nina_Rotta)27-10-2006 09:32 №3
Grishkova Tatiana (Nina_Rotta)
Автор
Группа: Passive
Раздел "Фантастика". Полностью согласна. Потому что фантастически хорошо написано. Все зримо, вовлекающе. Так и хочется оставить записку на ЕЛКЕ (не могу я царапать кору, не варвар(а) же) - "здесь была я!"

Спасибо,boji4apa. А продолжение следует?

Кстати, проверьте пунктуацию.

Сообщение правил Grishkova Tatiana (Nina_Rotta), 27-10-2006 09:39
Я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я, когда с тобой (с)
boji4apa28-10-2006 21:24 №4
boji4apa
Автор
Группа: Passive
Знал бы что такое "пунктуация", обязательно бы поправил...
Grishkova Tatiana (Nina_Rotta)28-10-2006 21:31 №5
Grishkova Tatiana (Nina_Rotta)
Автор
Группа: Passive
boji4apa, я понимаю, что хорошее править, только портить. Написано отлично.
Но отвечаю на Ваш вопрос - всякие там запятые, двоеточия, тире.
Я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я, когда с тобой (с)
boji4apa31-10-2006 04:55 №6
boji4apa
Автор
Группа: Passive
Замечательно! Теперь буду знать пока не забуду( К сожалению, запятые не мой конёк((. Мне бы мыслью в облака, в вечность...
Grishkova Tatiana (Nina_Rotta)31-10-2006 06:59 №7
Grishkova Tatiana (Nina_Rotta)
Автор
Группа: Passive
boji4apa, мыслью в облака, в вечность... у Вас хорошо получается. А для проверки ошибок надо завести "Редактор" или соратника, помнящего правила русского языка.))))
Успеха. И жду продолжения. Я теперь Ваша читательница (кроме разделов "Фантастика").
Я люблю тебя не за то, кто ты, а за то, кто я, когда с тобой (с)
Неизвестный21-11-2006 17:36 №8
Неизвестный
Уснувший
Группа: Passive
Я сам начал разбираться в твоей библиотеке.Надеюсь это начало? То бишь ГЛАВА №1? В роль подростка ты здорово вошёл!Вообще стиль мне твой понравился! особен-но
Просто шёл мимо
Холод*ок27-12-2006 19:56 №9
Холод*ок
Автор
Группа: Passive
Пришел по рекомендации. Не пожалел, что пришел.
Хороший,этакий легкоусвояемый современный живой стиль, отличные, порой, обороты в простоте слога похожи на лампочки гирлянды. Не знаешь, где и чего сейчас вспыхнет.
Читалось бы гораздо удобнее, если бы не явные грамматические ляпы. Как бы не хотелось,автор, а придется с ними поработать. Хотя бы из уважения к читателю.
За удовольствие по-прочтении - спасибо.
В следующей жизни я ни за что не буду писать чего либо
Добавить отзыв
Логин:
Пароль:

Если Вы не зарегистрированы на сайте, Вы можете оставить анонимный отзыв. Для этого просто оставьте поля, расположенные выше, пустыми и введите число, расположенное ниже:
Код защиты от ботов:   

   
Сейчас на сайте:
 Никого нет
Яндекс цитирования
Обратная связьСсылкиИдея, Сайт © 2004—2014 Алари • Страничка: 0.04 сек / 37 •